Мы все так же непонимающе таращились на встревоженного деда, а он торопливо пояснял:

— Марьяна у нас рожает! Они собирались в конце недели в больницу ехать и ложиться, а она, ишь ты, ведро подняла, а теперь – вот… – он растерянно и беспомощно пожаль плечами.

Меня поразило, с какой скоростью Ольга взяла себя в руки и начала раздавать команды:

-- Виктор, достань из рюкзака мою сумку, ну ту, черную... Дмитрий Семенович, сейчас, подождите минуту, я соберусь. Мальчики-девочки, – она оглядела всех нас очень внимательно и спросила: -- У кого нервы крепкие?

Мне обязательно помощь потребуется.

Все молчали, а Иришка даже отступила на шаг, прячась в небольшой толпе.

— Ребята, это не шутка. Мне будет нужна помощь, – настойчиво повторила Ольга. Встретилась взглядом со мной, и я, сам не знаю как, согласно кивнул.

Ольга еще раз оглядела остальных и строго приказала:

— Собирайся!

По дороге она строго выговаривала:

— Не вздумай при виде крови в обморок падать. Мне с тобой возиться будет некогда.

— А что я делать-то буду?

— Подавать все, что скажу. Делать, что велю. Тем более у нас выбора все равно нет. Да ты не дрожи. Бывала я уже на родах. Не сама, конечно принимала, но если роды нормально пройдут -- справимся.

— А если...

— Не каркай!

Это были довольно расплывчатые пояснения, и первое время меня изрядно потряхивал от какого-то нервного возбуждения. Пугало все: и стонущая молодая женщина с огромным вздутым животом, оплетеным голубоватыми венами, и перепуганный, бестолково мечущийся парень, которого Семенович ласково прихватил под руку и куда-то увел. И даже Ольга, деловито раскладывающая на столе какие-то лекарства, шприцы и торопливо объясняющая мне, что и как называется, казалась слегка жутковатой.

Она долго и тщательно мыла руки, заставив меня сделать то же самое, а потом еще и протереть все спиртом.

Шприцы уже кипятились на плите в небольшой металлической коробочке. Попутно Ольга гораздо более ласково разговаривала с роженицей и держала себя так, как будто у нее этих самых родов за плечами по пять каждый день.

Первое время моей задачей было держать Марьяну за руку и вытирать ей пот, пока Ольга меряла давление и заговаривала ей зубы:"

"— Ай, не обращай на него внимания, милая. Он медбрат и таких, как ты, повидал не одну и не двух. И вообще: из мужиков, говорят, самые хорошие гинекологи получаются. Срок у тебя хороший, а что на недельку раньше, так, наверно, пацан. Мальчишки они все торопливые. И пульс у тебя в норме, и давление… нечего волноваться. Не ты первая, не ты последняя. Сейчас я тебе укольчик сделаю, и полегчает.

Первое время я был просто в панике, стараясь отвернуться от Марьяны, чтобы она не заметила, как пугают ее глухие стоны и побелевшие костяшки пальцев, которыми она сжимала мою руку до синяков.