— Вы точно хотите у нас работать? — испытующий взгляд Кулибина пронизывает насквозь. — Не хотите продолжить учебу?

— Да, мне очень нужна эта работа! — перебиваю я его непривычно звонким голосом.

Если Кулибин и удивлен, то виду старается не подавать. Он задумчиво трет переносицу, и в какой-то момент мне кажется, что его молчание затянулось лишь потому, что он не знает, как лучше мне отказать. Ну давай, так и скажи — ты нам не подходишь! И я пойду дальше штурмовать просторы сайтов с вакансиями…

— Знаете, что, Яна? Я думаю, вам стоит попробовать у нас поработать.

Я хлопаю ресницами, все еще не веря в то, что Кулибин мне говорит. Как? То есть… Получается, он берет меня на работу?!

— Да, беру, — улыбается Виталий. — Вы снова подумали вслух.

Я несмело улыбаюсь в ответ и благодарю небеса. Моя новая жизнь началась месяц назад, и поначалу я думала, что поступила неправильно, уехав из родного города в Москву, но, кажется, судьба решила проявить свою благосклонность. В кои-то веки!

— Спасибо. Я вас не подведу.

— Более чем уверен в этом.

Кулибин выглядит таким довольным, что на секунду мне становится стыдно — я иду к нему на работу не из амбициозных планов, а из банального расчета. Мне нужно куда-то устроиться, пока есть время, которое и так утекает, как песок сквозь пальцы.

И этого песка осталось еще ровно на семь месяцев, три недели и два дня. Нет, я не смертельно больна и не сошла с ума. Всего лишь беременна от того, кто об этом никогда не узнает.

Я сделаю все, чтобы ОН не узнал.

Еду в метро с собеседования совершенно опустошенная. Казалось бы, надо радоваться, но я слишком устала обивать пороги крупных компаний, пытаясь устроиться хоть кем-то, что не чувствую никакой радости от трудоустройства представителем в небольшой экипировочный центр. На что я надеялась, если не имею даже законченного высшего образования? На наивность столичных боссов? На счастливый случай?

О, этот случай уже подпортил мне жизнь по самое не хочу.

Если бы я могла повернуть время вспять, то первое, что бы сделала — это… держалась подальше от него.

И говоря он, я имею в виду Егора Громова. Звезда хоккея, без пяти минут чемпион высшей лиги и отец моего еще не родившегося ребенка. Нет, не быть ему отцом! Я не собираюсь открывать ему свою тайну, да и вряд ли ему интересна моя жизнь.

Прекрасно помню, как Егор вычеркнул меня из нее, даже не удосужившись объясниться. Сначала прислал сообщение о том, что все кончено, а чуть погодя его отец объяснил мне, что я мешаю будущему Егора. Смешно — чемпиону не хватило смелости сказать мне самому, глядя в глаза.

Моя подруга, Катька, не раз меня предупреждала, что я для Громова всего лишь временное увлечение. Но я отрицала ее слова, всегда защищала Егора.