Но ничего поделать не мог. А потом этот выскочка на хищениях погорел. Раиса — женщина порядочная, сразу дала ему от ворот поворот. Тот побегал за ней еще немного и вроде успокоился. И тогда я решился Раису Робертовну отвлечь, утешить. В ресторан ее пригласил. Думал, пошлет меня, а она вдруг согласилась. Но в ресторане, сам понимаешь, дорого все. На мою зарплату сильно не разбежишься. И Раиса это понимала. Посидели мы там немного, пару часиков, и она к себе пригласила. В тот злосчастный вечер… Шампанское у нее дома было. С нового года, сказала, оставалось еще.

— Ну ты держись, Илюха, не кисни…

— Да я вроде нормально… Уже не так переживаю. Когда Раиса Робертовна с этим Степановым связалась, во мне что-то щелкнуло. Я вдруг стал и других женщин замечать.

— О, Илюха! Ну наконец до тебя дошло, что на на ней свет клином не сошелся. Конечно, не совсем к месту я это говорю, смерть Зверевой — это трагедия, но жизнь продолжается. Сейчас нам самое главное — Олега найти. Душегуб его в лес увез и бросил. Представляешь!

— Олежку?! В лес?! Как?

— Пацан же опознать его мог, вот тот и избавился от ребенка. С-сука…

— Так чего же мы стоим? Нужно бежать искать его.

— Правильно говоришь, я уже готовлю силы. Давай дуй мухой домой, переодевайся потеплей, сбор у меня дома. Я Быкову позвонил и Петровичу, они в деле.

— Да, но… Завтра же на работу, прогул влепят. А, и черт с ним, с прогулом. Будет первый у меня!

— Не будет, — я помахал перед лицом Ильи бумажками от начальника УВД. — Вот ходатайства об освобождении вас от работы до окончания поисковых мероприятий. Так что временно поступаешь в мое распоряжение.

— Я только за, говори, что делать!

— Карту настольную я уже стибрил в отделе, — я достал из кармана смятую бумажку и развернул ее перед Трошкиным. — Места, где может быть Олег, пометил. Если он идет со скоростью от двух до пяти километров в час, он должен быть в этом квадрате. Обычно, потерявшись, люди ищут, где выйти на дорогу.

— Большая территория, — расстроенно сказал Трошкин, который был городским жителем до мозга костей. — Там и болота, и река…

— Но и мы не одни. Пожарных и ОСВОД уже подняли в ружье. Приданные силы завтра еще прибудут. А мы выдвинемся сегодня. До темноты хоть немного успеем побродить. Фонарик есть? Спальник, палатка?

Да, так я и думал. Природу Илья видел разве что из окна многоэтажки — в виде чахлого палисадника перед подъездом.

— Ладно, Петрович обещал все взять. Он и рыбак, и охотник, у него этого добра навалом.

Через полтора часа старенький горбатый “Москвич-444” пыхтел по проселочной дороге. Тесную двухдверную малолитражку Петровичу удалось урвать, как ветерану войны и труда. Автомобиль бренчал подвеской на ухабах и несколько раз успел заглохнуть. Быков упирался головой в потолок.