Не то что больные — мертвые встанут!

— Женщина, я тебе еще браслет на руку не надел, а ты мне уже перечишь!

— А ты надень, — фыркнула она, — я еще и верховодить начну!

Я тихо рассмеялась. Молодец, Маника! Это она там меня отстаивает.

Нет, ну прелесть, а не сноха будет!

Вот такую Ульви и нужно. У нее в кабинете он до рассвета уже не засидится — за ноги оттуда вытащит и в постель уложит.

Выдохнув, еще раз мысленно порадовалась за брата и пошла дальше. Нужная мне комната была предпоследней на этаже.

Добравшись туда, приоткрыла дверь и заглянула внутрь.

Здесь царил полумрак.

В редких лучах заходящего солнца, пробивающихся из небольшой узкой щели не до конца задернутых штор, летали крупные частички пыли. Они светились и словно парили.

И запах стоял такой... Ромашка!

Да, в комнате сильно пахло травами.

Бардак! Здесь явно не хватало женщины. Все разбросано по углам. Вещи, навешанные на двери гардеробных шкафов, книги прямо на полу.

Как-то я даже растерялась. Прибраться тут явно будет нелишним.

Прошла еще немного и взглянула на кровать.

Дядя Сэтт не спал, лежал с распахнутыми глазами и, кажется, всматривался в окно через ту самую узкую щель штор.

Мужчина выглядел постаревшим. Лицо бледное, черные круги под глазами. Глубокие морщинки, которых я раньше не замечала.

— И чего вам окно закрыли, если вы в него выглядываете? — привлекла я его внимание вопросом.

Он вздрогнул. И тяжело повернул голову.

— Айла! — Уголки его губ поползли вверх. — Очнулась! Наконец-то!!!

— Конечно, отдохнула и хватит, — я старалась говорить, как можно бодрее. — А вы как? Мне сказали — выгорели? Это плохо! Но думаю, если хорошо вглядеться в вас, то парочку всполохов обнаружим. К обороту-то способны?

Он растерялся и бестолково моргнул.

А я... Мне стало жаль его. Да, это было нелогично. Мне бы ненавидеть этого дракона, надсмехаться над ним. Говорить, так ему и надо. Что это боги покарали за мои мучения.

Но... Ну как можно глумиться над лежащим?!

Да и получил он сполна. И на этом хватит!

— Дядя Сэтт, а можно я вас кое о чем попрошу? — как-то заискивающе пролепетала и постаралась мило улыбнуться.

Ну, как я умею... Демонстрируя все зубы.

— Все что угодно, доченька, — оживился он и даже попытался привстать на локтях. — Для тебя все что угодно!

— Завязывали бы вы врать, а? — немного резко произнесла я.

— Нет, ну правда. От этого одни беды. Вот посудите, если бы вы много лет назад не скрыли бы, что избранную Хэйла бросили в огне. Если бы вы попросили у своей семьи помощи в ее поисках, как думаете, быстро ли я нашлась? С учетом, что брат-то у вас один — мой приемный папа. Вот сейчас я бы уже матерью была, а вы дедушкой. Кому хорошо сделали? Не мне точно. Гордость — это не всегда к месту.

— Да если бы гордость, милая, — он тяжело вздохнул. — Глупость.