Это странная обстановка вокруг и ее необычные собеседники не что иное, как сон. Что ж, вполне убедительно, хотя разговор экс-мужа с врачом звучал уж очень пугающе ясно.

Проводив доктора до двери, Лоренцо извинился перед ним за затянувшийся визит и пожелал счастливого пути. Ее знание итальянского языка позволило понять смысл их диалога.

Когда Лоренцо вновь приблизился к ее постели, Энжи уже полностью отмела идею о том, что ей все пригрезилось. Дрожащей рукой она взяла со стола стакан воды и сделала маленький глоток.

— Есть хочешь? — мягко поинтересовался он.

Энжи отрицательно покачала головой: ее мутило. Набрав в легкие побольше воздуха, она выпалила:

— Я хочу знать, что происходит.

— Думаю, пришло время вспомнить, что у тебя есть муж, — усмехнувшись, ответил Лоренцо. В карих глазах мелькнул золотистый огонек.

— В последний раз тебе говорю, ты мне не муж, — ледяным тоном отрезала она.

— Наш брак не был аннулирован, не было и официального развода, — чеканя слова, возразил он. — Поэтому мы все еще являемся супругами.

— Неправда! — Она вспыхнула. — Наш брак был признан недействительным!

— Ты искренна в своем заблуждении! — с невозмутимым спокойствием сказал Лоренцо, упирая на последнее слово.

Энжи вдруг покраснела.

— Это не заблуждение, — рьяно возразила она. — Я знаю, что это именно так.

— А название адвокатской конторы, занимавшейся нашим делом, случайно не «Кимберли и Уорнер»? — осведомился он.

Энжи неуверенно кивнула, поскольку всего лишь раз посетила адвоката, да и то пять лет назад. И тут ее осенило.

— Да, именно так она и называлась, и, как я понимаю, этот факт говорит за то, что ты прекрасно знаешь и саму контору, и решение суда по поводу нашего брака.

— Ты так считаешь? — Лоренцо отошел от окна и приблизился к кровати, не сводя с нее пронзительного взгляда. — Если брак признан недействительным, значит, он больше не существует ни на бумаге, ни в жизни. В таком случае, полагаю, ты согласишься со мной, что при условии аннулирования брака я освобождался и от финансовых обязательств перед тобой.

— Естественно, — подтвердила Энжи, не понимая, к чему он клонит.

— Тогда, будь добра, объясни мне, почему я ежемесячно выплачиваю тебе пособие на содержание с того самого момента, как ты покинула Сицилию? — холодно процедил он.

— Пособие? Мне? — недоуменно повторила она, пытаясь понять его слова. — Ты?

— Я ожидал увидеть перед отелем «Лацио» по меньшей мере «бентли», но никак не ту развалюху, на которой ты приехала. С теми деньгами, что я плачу тебе, ты вполне могла бы позволить себе такую роскошь, как личный шофер.

— Не понимаю, о чем это ты? — Энжи нервно рассмеялась. — Последние три года я упорно работаю и полностью содержу себя сама. Клянусь, я никогда не получала от тебя никаких денег.