Время давило, его отряд теперь далеко. Маар уже не мог оставаться на месте. Противоречия вскипали в нем вулканом. Почему не убьет ее, великий Бархан! Ведь он станет свободным. Маар дышал ровно, сидя в погружающейся в сумрак комнате наедине с асс'aру, чувствуя ее тепло, ее едва заметное дыхание. Он терпелив, он подождет, пусть высшие силы решат, что ему делать. Маар поднялся, поджег фитили лампы, и комната погрузилась в неровный оранжевый свет. Мужчина подошел к спящей девушке. За это время он изучил ее всю, даже самые незначительные черты ее лица: небольшую родинку на шее, тонкую полоску шрама над правой грудью… интересно, откуда она у нее появилась? Ее губы, особенно ее губы, прямую линию рта, один край которой был приподнят, словно в ухмылке.

Маар протянул руку, подобрав легкий белый локон, пропустил через ладонь, ощущая, как внутри накаляется все: каждая мышца, каждый нерв. Маар продолжал хотеть ее безумно, и это желание уже не могло умещаться внутри него, оно рвалось наружу огненным вихрем. Страж коснулся ее подбородка, очертив его плавный контур, тронул подушечками пальцев мягкие губы девушки, пусть и бледные.

Маар остро хотел к ним прильнуть своими губами, почувствовать их вкус, именно ее губ. Его яйца сжались до боли от этой мучительной жажды. Маар отступил. Впервые ему не хотелось ни одной другой, только ее. Только она может утолить голод, который разбудила в нем.

Шелест одеяла заставили его застыть, а потом обернуться. Истана положила руку на живот и открыла пронзительно голубые глаза. Взгляд ее устремился на него, выхватывая из полумрака комнаты силуэт, облитый густым светом огней. Протянулась, казалось, вечность до того мига, когда вдруг синева глаз девушки замутилась влагой.

Истана поджала губы, и крылья носа ее задрожали. Ей было больно, Маар ощутил эту муку, как свою собственную, остро, внезапно, она разлилась ядом, отравляя. Страж в один шаг оказался возле нее, асс'aру отпрянула, выставив ослабшие руки вперед, выставляя преграду, растопырив дрожащие пальцы.

— Не прикасайся… ко мне… — прошелестел в неподвижной тишине ее голос, по щекам девушки скользнули блестящие капли.

Она не хотела его видеть, она хотела умереть, посмотрев в это зеркало, но не вышло, Верховный вернул ее обратно в руки Маара.

Мужчину обожгла ненависть, исходящая из сердца девушки. Такого сильного порыва он еще не испытывал от нее. Страж сощурил глаза, наблюдая за ней свысока, дыхание его утяжелилось, он не понимал, что с ней.

— Ты ослушалась меня, ты посмотрела в зеркало, хотя я запретил тебе это делать, ты глупая, асс'aру. Ты заслуживаешь наказания.

— Провались ты в Пекло, ничтожество! — зло выплюнула она, пронизывая Стража колючим взглядом.

Маар приподнял темную бровь.