– Сакура-сан, составите мне компанию? – повернулась я к девушке, замершей у порога.

– Что вы, Изабиелля-сан, – смущённо покачала головой она. – Мне не положено. И к тому же я уже поела, – улыбка проступила на симпатичном белокожем личике. – Я оставлю вас, чтобы не мешать. Пожалуйста, угощайтесь!

Я снова осталась одна. И, более не откладывая, приступила к трапезе.

О! Это было вкусно! Очень!

До возвращения хозяина кабинета я успела съесть почти всё, настолько я, оказывается, проголодалась.

– Как вы, Белла-сан? – спросил Сигэаки-сама, появляясь на пороге."

"– Спасибо за угощение! – улыбнулась я, едва сдерживая зевок – вот бы сейчас прилечь и поспать.

Всё тот же молчаливый слуга забрал поднос с опустевшей посудой, а передо мной легла увесистая папка.

– Это история болезни Рино-сан, – прокомментировал Цурукава, снова располагаясь напротив меня.

– Могу ли я взять документы и посидеть в одной из парковых беседок?

– Да, только никому другому показывать эту информацию нельзя. На самом деле я не имею права давать их вам. Но Рино-сан умирает. И если вдруг вы сможете помочь…

– Тогда позволите? – я кивнула на виднеющийся из широкого окна парк.

– Конечно, – вздохнул собеседник. – Я буду здесь ещё часа три, после уеду по делам.

– Я успею, – кивнула и поднялась.

– И ещё, Белла-сан, – остановил меня Цурукава, – Максимилиан-сама привёз артефакт анализа, пока мы не использовали его на Рино-сан. Но, уверен, с его помощью сможем куда точнее поставить диагноз…

Устроившись в тени пустующей беседки, задумчиво посмотрела перед собой: пациенты часто в сопровождении медбратьев или медсестёр, прогуливались по дорожкам сада, сидели на скамьях. Разговаривали и улыбались. Молчали и хмурились.

Стану ли я рисковать собой ради кого-то другого?

Однозначного ответа на этот вопрос у меня всё ещё не было. Точно всегда буду стараться сделать всё, чтобы спасти.

А вот насчёт детей… Ради их благополучия и жизни не жаль.

После чего открыла папку и углубилась в чтение.

Итак, частые, интенсивные головные боли, усиливающиеся по утрам или при изменении положения тела. Тошнота и рвота, нередко сопровождающая утренние приступы головной боли. Нарушения памяти и концентрации, проявляющиеся в виде забывчивости, сложности при чтении и восприятии новой информации. Зрительные расстройства, такие как размытость, двоение в глазах или периодические провалы в зрении. Общие приступы слабости в конечностях, проблемы с координацией движений. Частые судороги. Шум в голове и пульсация в ушах.

Хм-м… Собрав все бумаги в папку, закрыла кожаный чехол. Встала, ощущая, как затекло тело от долгого сидения в одной позе.

В кабинет главврача меня пропустили без вопросов.