— Я за водой! — оживился Анхель. — Бедняжка, наверное, сильно переволновалась!

— Угу, — буркнул Дамиан, чей взгляд я ощущала каждой клеточкой.

Вот же… черноглазый дикарь. Хоть бы пальцем пошевелил. Никакого сочувствия к слабой женщине.

Хотя, о чем это я? Сейчас он видит во мне не женщину, а свою драгоценную карту.

Проклятые параноики…

Неужели они не понимают, что это простая случайность?! Совпадение.

— Итак, Нэйтан… — раздался громкий голос Дамиана. — Раз ваша сестра временно «отдыхает», возможно, вы просветите меня, откуда у Каролины это родимое пятно? Когда оно появилось? Расскажите мне о вашей семье.

— Вчера в гостинице у нее бы и спросили, — съязвил Нэйтан. — А, я совсем забыл… Вас же не интересовало, кто она…

Я мысленно поаплодировала Нэйтану. А у него все же есть капелька смелости в крови.

— Знаете, Дамиан, — продолжал Нэйт. — Совсем недавно я вернулся из путешествия. Был в одном небольшом городке, где на каждом углу рассказывали жуткие истории о том, как незнакомые девицы сами предлагают себя мужчинам. Те на радостях соглашаются, а со временем у них нос отваливается… Да и не только нос.

Что он несёт?! «Благой» порыв Нэйта я понимала, но его слова выглядели как…

— Вы предупреждаете меня, что ваша сестра больна, и к ней под юбку лучше не заглядывать? — в голосе Дамиана звучал смех.

 — Что ж… Приму к сведению. Мне не хочется помимо карты и своих вещей лишиться ещё какой-нибудь части тела…

Я почувствовала, как запылало мое лицо. Но не от стыда, а от злости.

— Идиоты, — не выдержала я и, оттолкнувшись от груди брата, прижалась обратно к окну. — Чтоб у вас у двоих язык отвалился.

— Я не это имел в виду! — запротестовал Нэйтан.

— С пробуждением, Каролина, — подтрунивал надо мной Дамиан, всем своим видом демонстрируя, что ни на секунду не поверил в мой спектакль.

 — И с чудесным исцелением… Я смотрю, вам стало гораздо лучше? Румянец появился.

Я поджала губы и уставилась на проносящиеся мимо пейзажи. Решила, что все равно ни слова не скажу. Пусть катятся к чертям. Я в этом спектакле сумасшествия участвовать не собираюсь.

— Я жду ответ на свой вопрос, — не унимался этот дикарь.

— Родимое пятно у Каролины было с самого рождения, — ответил вместо меня Нэйтан, решив, вероятно, таким образом сгладить напряженную обстановку в нашем душном купе.

— Мама погибла уже давно, а отец пропал четырнадцать лет назад…

Когда Нэйтан начал свой рассказ о родителях, я напряглась. И хоть слышала эти разговоры от братьев неоднократно, в груди до сих пор странно щемило…

Маму я помнила плохо.

Но, как говорит Аластор: «смерть мамы — это роковое стечение обстоятельств».

Это случилось в мой день рождения. Мне исполнялось пять лет, и в столицу приехал с гастролями популярный во всем Альтангоре цирк.