И даже если от мамочки уже не осталось ни кусочка, она должна взять себя в руки и выслушать дочь.

Каким-то неведомым образом они попали на кухню, где Алекси тут же достал коробку с любимым соком Джорджи, чтобы хоть как-то поднять ей настроение, а потом оставил их наедине.

— Мне там не нравится! — повторила Джорджи. — Скажи, что мне больше не нужно туда возвращаться.

— Нет, пока ты не расскажешь мне, что произошло.

Кейт знала, что хорошая мать должна была успокоить ребенка, дождаться, пока он сам будет готов все рассказать, но сегодня у нее почти не было сил быть хорошей матерью, в любой другой день, только не сегодня, когда ее сердце истекает кровью.

— Мне там просто не нравится, там девочки злые.

— Что именно они говорят?

Возможно, она сказала это чересчур резко, потому что по щекам Джорджи вновь потекли слезы.

— А почему бы тебе не пойти поплавать? — неожиданно услышала Кейт голос Алекси, и, хотя скоро он исчезнет из ее жизни и ей будет намного лучше без него, она была счастлива, что сейчас он рядом.

— Ты пойдешь купаться, я приготовлю бутерброды и принесу их тебе к бассейну. Ты немного остынешь, а потом расскажешь все маме.

— А ты тоже пойдешь купаться, мамочка?

— Конечно, — с улыбкой кивнула Кейт, хотя это была последняя вещь, которую она сейчас хотела сделать.

— А ты? — Джорджи обернулась к Алекси.

— А как же, — лучезарно улыбнулся он.

Быстро переодевшись в бикини, она вышла на террасу и уже оттуда услышала звонкий детский смех, доносившийся от бассейна. Как же ей сказать своей маленькой девочке, что им опять нужно переезжать, что из отношений Алекси и мамочки ничего не вышло, что родной ее отец навсегда уехал на Бали…

Кейт показалось, что у нее остановилось сердце, когда она увидела, как Джорджи бежит к воде. Алекси был слишком далеко, а она вдруг поскользнулась и начала падать. Она была у самого края, и наверняка ударилась бы головой, но Алекси, двигаясь со скоростью молнии, успел подбежать к ней, притянуть к себе и уберечь от удара. Конечно, они вместе ушли под воду, которая попала Джорджи в нос и в глаза, но зато ничего страшного не произошло.

— Никогда, никогда больше так не делай! — Чувствовалось, что, усаживая Джорджи на край бассейна, Алекси с трудом сдерживает себя, чтобы не закричать. — Ты могла пораниться!

— Но ты поймал меня!

Кейт видела, как он бледен.

— Но ты все-таки сделал это! — настаивала Джорджи, и из ее глаз вновь потекли слезы.

— Джорджи, ты должна предупреждать людей, перед тем как решишь прыгать, — вмешалась Кейт. — Ты поскользнулась и могла серьезно пострадать.

— Забудем, — мягко сказал Алекси. — Ты в порядке, ты в безопасности, я расстроен просто потому, что беспокоюсь о тебе. — Перед ее слезами Алекси чувствовал себя совершенно беспомощным.