Ну а что? Сейчас придушит меня сам по-тихому или кто-нибудь еще… Да хотя бы та же плиссированная манишка по его приказу вытащит через потайную дверь в ковре и сбросит в Гудзон. Или в какой-нибудь Магзон.

С трудом подавила желание глупо хихикнуть.

— Я… — Теперь мне казалось, что нужно очень и очень осторожно подбирать слова. — Пришла, чтобы стать няней?

— Это вы у меня спрашиваете?

— Да. То есть нет. — Осторожненько, насколько позволяла искрящаяся вокруг меня веревка, склонилась влево. На всякий случай заглянула за стол, потому что, если там стоит магический автомат, мне нужно знать это прямо сейчас. Магического автомата не было, а вот лассо натянулось и угрожающе зашипело.

— Мирэль Тонэ! Что вы там все высматриваете? — В его голосе слышалось раздражение.

— Ствол, — честно призналась я.

Брови гангстера взлетели вверх, а о дымящейся, зажатой между пальцами сигаре, казалось, он и вовсе забыл, уставившись на меня во все глаза.

— Вы сейчас вообще о чем?!

— Ствол, — терпеливо пояснила я, — это такая штука мощная, когда ее берешь в руки, она стреляет.

Сигара выпала из его пальцев и ткнулась кончиком в пепельницу. Кажется, сейчас случилось то, что мама называла «эффект Ирочки». Первый раз меня накрыло кадетской елке, когда нужно было читать стишок перед другими детьми: я тогда сильно перенервничала и вместо стишка поделилась со всеми своими открытиями. В частности, о том, что Деда Мороза не существует, а изображает его папин друг дядя Игорь, и что в подарках не будет вафельных конфет, потому что их съела его немецкая овчарка Рекс. После этого на елки меня больше не приглашали.

— У вас нет ствола? — решила разобраться. — Это для меня очень важно. Поверьте, если бы не было важно, я бы не спрашивала. Если у вас нет ствола, я не сидела бы здесь и сейчас. Понятно, что вы меня удерживаете, но если у вас еще и ствол…

— Хватит! — рявкнул он так, что я подпрыгнула. — Вы окончательно сошли с ума?!

Еще нет, но очень к этому близка.

— Или… — Его голос стал угрожающе низким, благодаря чему я покрылась мурашками даже на пятках. — Вы издеваетесь?

— Да! — ухватилась за предложенную подсказку.

Наш разговор можно было бы внести в учебник по психиатрии. Если выберусь отсюда живой, обязательно расскажу Светке этот случай, по нему кандидатскую защитить можно.

— Хмарь изначальная! — выдохнул он. — У меня там за дверями два десятка претенденток, кто бы мне объяснил, почему я трачу свое время на вас…

— Не тратьте, — посоветовала я. — Вы же видите, я слегка не в себе.

— Замолчите! — Это больше напоминало рычание.

— Ни за что. Вы связали меня этой магической штукой… — Подергала лассо, которое зашипело. — Обозвали неумной и явно не горите желанием принимать на работу.