— Что я? Я сама не поняла, что произошло, — пожала мать в недоумении плечами, — мы вон в окно Эрика увидели и, все, что я успела сказать, так то, что он твой племянник, а Тая как-то разом побледнела.

Вот же засада! Я ничего не знал о его приезде, иначе бы ни при каких условиях не допустил бы их встречу. По крайней мере, до родов точно! И уж тем более не в данный момент, когда мне срочно надо улетать, а Тая останется одна.

— Мам, оставь нас одних, — попросил я, не отводя глаз от жены.

— Амир, — попыталась настоять на своем и остаться заботливая родительница.

— Мама, — лишь одним голосом дав ей понять, что возражения не принимаю.

Все это время молчавшая Тая вздернула подбородок и решительно заявила, как только захлопнулась дверь в столовой, и мы остались вдвоем.

— Отвези меня домой, — решительно заявила она, — и я требую развод, немедленно.

Делая шаг на встречу к ней, я лишь качаю головой, отрицая все ее требования. Я не готов к этому, я не желаю этого. Нам просто надо поговорить.

— Давай поговорим, — протянул к ней руку, в попытке обнять, прижать и защитить от всех перепитий.

— Ты знал, что отец моей малышки он, — отступая назад она махнула рукой в сторону окна, — знал и зачем-то устроил весь этот спектакль, — глотая слезы вперемежку с гневом, разрывала мне сердце своими обвинениями и той болью предательства, что плескалась в ее глазах.

Я обманул, я предал ее, только-только начавшиеся зарождаться, ожидания и доверие. Меня самого каждый день грызла совесть, за то, что я утаиваю правду. Но больше всего я боялся, что все мои чаяния окажутся пустыми. Я боялся задавать вопросы, потому что, как последний трус, я просто не хотел услышать на них ответы.

— Я узнал об этом совсем недавно, — решаюсь раскрыть ей правду, не всю. Лишь ту, которая успокоит, — в тот день, когда вернулся в Грецию после маминого звонка о твоем здоровье. И ты знаешь, мне все равно, чей он. Потому что как кто-то, когда-то сказал: если ты искренне любишь женщину, ты полюбишь и ее ребенка. А я за это короткое время понял, что да, пигалица, я тебя ЛЮБЛЮ. Люблю и никуда не отпущу. И Эрика в наши отношения ни за что не допущу. Если надо будет, выкуплю у него отказ от отцовства, увезу вас туда, где вы никогда с ним не встретитесь. Я сделаю все, чтобы вы были только моими.

Поднять вопрос о новогодней ночи на Бали я не решался. Не стоило ей сейчас еще и это узнать вот так, с бухты-барахты. На данный момент меня волновало лишь одно, как убедить Таю, в том, что я искренен, что все это не игра, что все что я сказал — правда.

— Я тебе не верю, — глухо выдает она, вжавшись в подоконник, — вы все подстроили. Только зачем? Зачем я вам нужна? Это у вас такая забава: один переспал и исчез, заблокировав номер после сообщения с положительным тестом на беременность.