Влад поймал себя на мысли, а вдруг когда-нибудь его Катюша встретится вот с таким, как он сам? И тот будет ее гнуть и строить, гадости перед приятелями наговорит, условия ей поставит? Что-то звериное заворочалось внутри при одной этой мысли нет, он не допустит такое! Говнюку просто ноги повыдергивает и отпустит… С десятого этажа головой вниз.

Ладно, хватит сидеть, надо в душ и спать, утро вечера мудренее.

— Владик! — обрадовалась Татьяна Николаевна. — Уже освободился? Сейчас ужинать будем!

— Нет, мама, спасибо, я не голоден.

— Но как же, нельзя ложиться на пустой желудок! У меня все готово!

— Нет, я спать, очень устал.

Как добрался до кровати, он и не помнил толком, его будто выключили.

Утром проснулся совершенно отдохнувшим и счастливым — сон приснился, такой, необыкновенный, очень правильный сон!

Только успел умыться, как позвонил отец.

— Влад, ты у матери?

— Да. И тебе доброе утро.

— Ты какого хрена к Земову сунулся? Да ты понимаешь, что он теперь с нами может сделать?

— Не ори, — спокойно ответил Владислав. — Тебя никто в койку силком не тянул, нашкодил — убирай сам. Анатолий Викторович предложил за его счет слетать в Берлин, сдать анализы, если подтвердится, что ребенок не наш, мы будем свободны от любых обязательств.

— Говорил, — пробурчал отец. — Давление поднялось, так перенервничал.

— Давление поднялось — это не страшно, — подколол Влад. — Главное, чтобы кое-что другое на кого попало не поднималось, а давление мы вылечим, не волнуйся!

— Ты еще ёрничаешь!

— А что, плакать, что ли? Хотя, повод есть — родной отец пытался сыном собственные грешки прикрывать.

Ты что, не понимаешь, что с анализами этими я буду загнан в угол?

— С чего ты взял? Во-первых, сначала получим результат, потом паниковать будешь. Во-вторых, если Земова устроит зять одного с ним возраста, то просто разведешься с мамой и женишься на Мариночке. Или живите втроем, мама же ее так любит!

— Влад, ты забываешься!!

— Нет, отец, это ты забылся, когда пытался подложить под меня свою любовницу, а когда не вышло, принялся шантажировать, заставляя жениться на ней и прикрыть твой грех. Я не настолько наивный и не настолько себя не люблю, чтобы пожертвовать своей жизнью ради чужого спокойствия.

— Владислав, я тебя по миру пущу! Не получишь ни копейки!

— И не надо, у меня свои деньги и бизнес есть. Обойдусь без тебя, — отрезал Влад. — Ты все сказал, а то у меня тут вторая линия разрывается.

— Сын, подожди, я не хотел ссориться. Прости, вырвалось. Давай встретимся и поговорим спокойно!

— Приезжай на дачу.

— Нет, там мать не даст поговорить, будет трещать, достанет.

— Отец, сколько вы женаты?

— Что? Причем тут это?

— Просто ответь.