Ну, почти уже… Вот из ящика вытащим, софт загрузим — тогда да… Начнется у манекена жизненный путь. А пока он еще мясо в растворе. И вот, — Дактиль постучал пальцем по прибору.

Олег рассыпал сигареты.

— Погоди, погоди… — суетливо произнес он. — По моим часам, его уже загрузили. Сегодня.

— А на моих — вообще февраль две тысячи третьего. Ты как ребенок, Шорох! Эту железку еще не использовали.

— И в ней можно… что-нибудь… слегка…

— Э, нет! Мы же договорились'

Олег запихнул сигареты обратно в пачку, одну сунул в рот. Прикурил. И наконец решился посмотреть Дактилю в глаза.

— Жить охота? — спросил он. — Вот и мне тоже. Так охота, что сил нет.

— Об этом, — Шорохов подвинул на столе мокрый галстук. — Почти три сотни евро, такую вещь испоганили! Жалко… Ну, хоть на крови сэкономил. Кровь-то у тебя бесплатная…

Дактиль достал из пепельницы свой окурок и зачиркал зажигалкой.

— Шорох, что ты меня стращаешь? При чем тут моя жизнь?… И твоя?…

— Твоя зависит от моей. А моя… она вся тут, — Олег тоже постучал по крышке, но тише и осторожней.

— Как у Кощея?… — нервно хохотнул курьер.

— Эту шутку я уже шутил, — отозвался он. — Да и не смешная она…

Олег вспомнил, как в прошлый раз доказывал это Дактилю и ничего в итоге не доказал.

— Я должен знать свою программу. В идеале — всю. В реале… хоть что-нибудь.

Курьер с неохотой развернул экран на себя и тюкнул по какой-то клавише.

— Ну-у… А что конкретно тебя интересует? Тут прошлое. Мнимое. Тут будущее. Между ними точка загрузки. День рождения клона, — пояснил он виновато. — Сколько ему… Двадцать семь лет…

— Будущее, — потребовал Олег.

— Будущее — оно длинное. Тем более у него. У тебя… — поправился Дактиль. — То есть у него…

— И что там, в моем длинном? В самом ближайшем.

— Ты думаешь, жизнь наполнена какими-то интересными событиями, да? Треть уходит на сон. Остальное — тягомотина, треп всякий… — Курьер снова щелкнул клавишей. — Вот: «Бомбите города», «Жрите землю»… Болтовня пуст…

— Что-что?! — Олег вскочил и встал у него за спиной. — Что?! Какие еще города?!

— Это реплики, Шорох. Реплики и ремарки, как в пьесе.

Символы на голубом поле выстроились в столбик и приобрели вид нормального текста:

— Просто реплики… — сказал курьер.

— Ну-ка, назад прокрути!

— Пожалуйста… Это у него в прошлом. В воображаемом, конечно. В том, которое еще до момента загрузки…

— И в другом отрывке тоже про некую Асю… — заметил Дактиль. — Не слишком ли она дорого стоит?

— Ася — это Прелесть. Я сам недавно все это говорил. Но это не программа. Это воспоминания. Это было! Согласись!.. Ну?!

— Нет, Шорох. «Надысь» от «намедни» я еще отличаю.

— Тот разговор сюда попал, потому что меня сканировали. Уже после активации. Я прожил несколько дней, и с меня сняли мнемопрограмму.