А если убрать покосившуюся скамеечку и покусанный ржавчиной стол, вполне можно выторговать еще одно спальное место. И получится как в любимой песне бригадира: «…И в том строю есть промежуток малый. Быть может, это место для меня».

«…Мужики, только вы не подумайте ничего такого! Фатально-суицидальных настроений у меня не наблюдается. Напротив, впереди – исключительно дел и планов громадьё.

Просто я к тому веду, что лишь теперь, после смерти… после ухода Лямки… окончательно понял, что всё в нашей жизни предопределено. Не бывает в ней случайных совпадений. Может, конечно, вам троим ТАМ и правда виднее, но я… Короче, я знаю. И пример с мистером Чёрным, случайно встретившем в поезде Москва-Петербург двойника, который ты, Лямка, собирался мне сейчас привести…

А ты как думал? Я же тебя, голубчика, как облупленного… Так вот, этот твой пример ни фига не опровергает. Помнишь любимую присказку Камыша? „Не то пальто“…

Кстати, Лямк, а ведь ты, наверное, и не в курсе, чем у нас тогда на Петровской набережной всё закончилось? Всяко ведь ежедневные сводки о происшествиях до вас не доходят? Оно, конечно, ежедневные эти вам на фиг не сдались, но по итогам той чертовой пятницы я все-таки отчитаюсь. Да и Антохе с бригадиром наверняка интересно будет послушать.

В общем, Ребуса и Некрасова застрелили. Это, Александр Сергеевич, если выражаться высокопарно, но доходчиво – персональная за тебя ответка… Да, пожалуйста. Обращайтесь ещё… Завьялов и мистер Черный в больницах: первый – в Германии, второй – в тюремной имени доктора Гааза. Двух „рязанских“ этапировали в Казань. Есаулов говорил, что за ними там целый криминальный воз и маленькая тележка…

За Севера с Утюгом не переживай – на этих всё как на собаках. Они уже на следующий день Ладонина из „Крестов“ встречали. В свойственной манере. Ольховская рассказывала, что красные кирпичные стены Арсенальной каким-то чудом устояли…

Вот только мистер Серый ушёл. Сейчас ищут, но что-то мне подсказывает – не найдут…

„Хроники Дионисия“, которые ты, Лямка, спас, передали в Эрмитаж, на реставрацию. Обещают, что всё будет чики-чики. Так что не зря ты за ними в Неву сиганул. Хотя, если честно, Ванька: а ну бы их в жопу! И сидели бы мы сейчас, бухали в твоей любимой „Былине“ на Рубинштейна.

Тут еще вот какое дело, Лямк. Я знаю, ты сейчас сильно расстроишься, но…

В общем, когда ты в отпуск ушёл, у вас из аналитики что-то такое потырили: то ли дела секретные, то ли базы кусок, а может, и всю, оптом – не суть…

Откуда я знаю как?! Все ж теперь молчат, как партизаны!

И вот когда с тобой вся эта беда приключилась, начальство своё положенное на твоих похоронах, конечно, отрыдало. А потом…

Короче, они эту кражу на тебя списали.