Она хотела предупредить полисмена, чтобы он не пытался осуществить его, ничего не получится.

Но она не успела и рта раскрыть.

— Падай! — вскричал ее избавитель.

Его рука оказалась на спусковом крючке револьвера раньше, чем налетчик понял намерения полисмена. Эбби ловко вывернулась и упала; потом интуитивно, в поисках спасения, она успела отползти в сторону. Вдруг она услышала чей-то возглас, потом короткий выстрел, который снова заставил ее упасть. Следом раздался второй, более мощный выстрел, заставивший Эбби откатиться еще дальше от перестрелки.

В своем отчаянном стремлении избежать шальной пули, она не расслышала и не увидела другого: рядом с ней тяжело упал на землю человек, после чего наступила зловещая тишина. В этой грозной тишине прозвучало:

Боль и ужас, прозвучавшие в немолодом голосе, заставили Эбби прийти в себя. Над ней стоял патрульный полисмен средних лет. Она решила, что это и есть тот полисмен, который отдавал команды. Его глаза были устремлены на лежащего неподвижно человека, и револьвер он держал наизготове.

Эбби, превозмогая страх, решилась привстать. Увидела молодого белокурого полисмена и в ужасе закричала.

Он лежал рядом с налетчиком с открытыми глазами, его лицо было в крови. В ногах валялась фуражка. Эбби решила, что он мертв и стала громко взывать о помощи.

— Доктор Фицджеральд?.. Эбби!

На ее крики сбежались сотрудники. Первым появился доктор Джон Вильямс, директор-врач. Эбби знала Джона, когда он еще был интерном. Ей приходилось приводить его в нормальное состояние после рождественского похмелья; она же была и около его жены при ее первых родах.

Джон крепко держал Эбби за плечи, словно пытаясь придать новые силы ее обмякшему от всего пережитого телу.

— Займись… им, — взмолилась она, глядя в его исполненные сострадания добрые глаза.

Ее чуть слышная мольба о помощи наводила Джона на страшную мысль, что это она, Эбби, смертельно ранена. За врачом толпились сестры, они были почти в шоке от увиденного. То одна, то другая сестра с величайшей осторожностью дотрагивалась до руки Эбби, опасаясь, что она раздроблена.

— Пожалуйста, — попросила она, не в силах двинуться, — скорее помогите ему.

Они повернулись к обоим раненым мужчинам и быстро занялись оказанием первой помощи. Эбби с трудом прислонилась к стене, найдя хоть какую-то опору. Она чувствовала себя так, будто ее накрыло волной. Ей казалось, что она перестала дышать, пока Джон обследовал рану на голове белокурого полицейского.

Полисмен мигнул. Джон ему что-то тихо ответил. Теперь все собравшиеся на месте происшествия обратились к распластавшемуся на земле налетчику. В его груди зияла глубокая рана, клетчатая рубашка была забрызгана кровью.