Только спустя семь очень насыщенных, сладких дней мы уже не думали только о сексе. И, о чудо, смогли даже пойти погулять в городе.

— Откуда синяк? — спросил Дэймон и осторожно дотронулся до моей синей шишки на лбу.

Это я вышла в зал после занятий с Давидом. Катя меня уже видела, и по глазам я видела, что она жаждет подробностей. Преподаватель сразу всё выпытал и только поулыбался и покачал головой. С улицы зашли мои мужья. У Анхеля на скуле был приличный синяк. Антей просто морщился, когда шевелился.

— Так-с, родственники, вы что, подрались? — спросил строго Дэймон.

— Нет, — ответили мы дружно, я даже слегка смутилась. — Ночью упали.

— Кто упал, а кому пяткой в скулу прилетело, — проворчал Анхель и вручил мне коробочку с пирожными. — Я её с братом пытался на кровати удержать, хорошо хоть не в глаз.

— Подробней, — попросил строго их младший брат, — а то выглядит не очень.

— Пф, я всего лишь перелазила через одного, чтобы пойти кое-куда. Не знаю, что Антею снилось, но сжал так, что едва ребра не сломал. Я, естественно, стала вырываться, мы упали с кровати. Попутно борьбой разбудили Анхеля, и ему прилетело впотьмах.

— Не только у меня жена ночью дерется, — проворчал Себастьян, потирая ребра.

— К твоим синякам мы привыкли, — сказал ему Антон. — Ты ребра проверял? Может, опять трещина?

— Проверял, синяки и только.

— Вот как упал с кровати и сразу проснулся, — признался виновато Антей.

— Чай? — спросила у близнецов.

Анхель достал из кармана тюбик с мазью.

— Дожил… — проворчал он и стал замазывать синяк.

Его братья вдвоём тихо хохотали, вспоминая, какие они были драчливые в детстве и особенно в подростковом возрасте.

— Ты школу забыл? — спросил у него Антей. — И сколько мы вчетвером колотили друг друга или других?

— Но то школа была и возраст подходящий. Просто давно у меня синяков не было.

А я тем временем достала нам три порции обедов и первую поставила греться. Он стал искриться, и я поняла, что сейчас рванёт. Едва успела выскочить с кухни, когда микроволновку разворотило. В общем зале все перепугались и кинулись к кухне. Я была от неё в паре метров, бледная с перепугу.

— Если что, я не настолько лажаю с техникой, — сказала коллегам. — А оно искрить начало.

— Родная, а что ты поставила греть?

— Как обычно, обед. На крышке нарисовано ставить не открывая.

Антей меня обнял легонько. А парочка ребят зашли на кухню и потушили начинающийся пожар.

— Странно это, — сказал вышедший парень. — Нужно спецов по взрывам вызвать.

— Пирожные можно забрать? — спросила у ребят.

Мне их отдали, коробка на удивление не пострадала. Мы с Катей ушли к нам в комнату. Все остались без обеда. Я с девушкой поделилась своим лакомством. А мужьям скормила их целиком, хотя они упирались.