Половина его исчезла, прежде чем она остановилась и закрыла рот. Он тут же отодвинул стакан, осторожно положил ее голову на кровать и выпрямился.

— Ты голодна? — спросил он.

Жанна Луиза задумалась. Ее последний прием пищи в течение дня обычно был завтрак в кафе «Аржено» около часа-полтора, прежде чем отправиться домой. Она не была голодна… но ему придется снять с нее цепи, чтобы накормить, и эта мысль была достаточно привлекательной, чтобы вызвать улыбку на ее губах.

— Да, — ответила Жанна Луиза, пряча улыбку, когда заметила, как сузились его глаза.

Он поколебался, потом кивнул и повернулся, чтобы снова выйти из комнаты, вероятно, в поисках еды для нее.

Жанна Луиза проводила его взглядом, но, как только за ним закрылась дверь, обратила все свое внимание на цепи, пытаясь понять, были ли они одной длинной цепью, обернутой вокруг нее и кровати снова и снова, или их было несколько. Она не видит большой разницы. Будучи связанной, она не могла пошевелиться, чтобы попытаться сломать хотя бы одну из них, не говоря уже о нескольких цепях.

Лучше всего было бы снять с нее цепи, чтобы она могла сесть и поесть. Тогда она легко одолеет его. Конечно, все было бы проще, если бы ее разум не был все еще под воздействием наркотика, который он дал ей, и она могла бы просто взять его под контроль. Она просто заставит его снять с нее цепи и избавит себя от лишних хлопот. Жанна Луиза понятия не имела, что это за предложение, но смертных, знавших о них, было немного. Они были либо доверенными слугами, либо руководителями «Аржено Энтерпрайзис», либо исключительно блестящими учеными, которые должны были знать, с чем имеют дело, чтобы выполнять свою работу. Очевидно, он был одним из последних — блестящий ученый, работающий над наркотиками в R и D. Но независимо от того, к какой группе они принадлежали, бессмертные следили за ними. Их время от времени проверяли, в порядке ли у них психика, и не планировали ли они какую-нибудь глупость вроде обращения в прессу. Или похитить бессмертного, приковать его к кровати и сделать предложение.

«Кто-то явно не справился с работой», — мрачно подумала Жанна Луиза. Это ее не слишком беспокоило. Она не боялась, она просто была раздражена тем, что ее распорядок был нарушен таким образом, и что она, вероятно, будет на ногах большую часть дня, когда этот беспорядок был убран. Они должны выяснить, каковы были планы этого человека, кто еще в курсе, если он вообще кому-то рассказал о них, тогда разум и память этого человека должны быть стерты, и ситуация восстановлена. Жанне Луизе не придется обо всем этом заботиться. Силовики отвечали за подобные вещи, но она, вероятно, будет часами отвечать на вопросы и объяснять. Это было огромным неудобством. Жанне Луизе не нравилось, когда нарушался ее распорядок дня.