— Расскажи, какие парни тебе нравятся? Плотные кабанчики, долговязые жерди или мускулистые аполлоны, как мой Карим? Блондины, брюнеты, шатены, рыжие?

— Я думала, мы выпить и потанцевать пришли, — замечаю я, безуспешно пытаясь подтянуть вырез платья вверх.

— Это само собой. Но как же охота? Если этот кусок соблазнительной плоти уже занят, — Василина выразительно похлопывает себя по бедру, — значит, главной охотницей вечера назначаешься ты.

— С моими умениями максимум на комаров можно охотиться. Не знаю я, какие мне парни нравятся.

— Перечисли своих актёров любимых тогда.

— Том Хэнкс, — отвечаю я без раздумий, на что Василина недовольно морщится.

— А можно кого-то другого? При всей моей любви к Форесту, горячей фантазией его не назовёшь.

— Ещё я очень люблю Энтони Хопкинса и Уильяма Дефо.

— Похоже, нам не сюда нужно было приезжать, а в дом престарелых. Помоложе кого-нибудь можешь назвать?

Я вздыхаю.

— Василин, хватит. Не хочу я так. — В этот момент замечаю в толпе возле бара знакомую фигуру и без эмоций добавляю: — Кстати, здесь Громов. Вот это да.

— Громов? — моментально оживившись, она начинает крутить головой по сторонам. — Кто это?"

"— Бывший вице-президент одной крупной логистической компании, — поясняю я, глядя, как он с улыбкой кладёт руку на талию пышногрудой красавицы, которая целует его в щёку.

Его зубы светятся той же неоновой голубизной, как, впрочем, и рубашка, в которую он одет, волосы являют собой стильный хаос. Громов либо не причёсывал их вообще, либо напротив — тщательно укладывал.

К щекам неконтролируемо приливает жар. Странное совпадение, да? Во второй раз в жизни выбралась в клуб и во второй раз за день встретила его. Хотя клубы наверняка привычная для Громова территория. Он сюда вписывается: модная музыка, поблёскивающие из-за барной стойки бутылки с дорогим алкоголем, веселье, красивые девушки.

— Классный, — уверенно резюмирует Василина. — Берём.

— А по жопе? — моментально реагирует Карим.

Фыркнув, Вася обнимает его за шею и начинает что-то быстро шептать. Хорошо, что орёт музыка и я ничего не слышу. Пару раз невольно становилась свидетельницей их телефонных разговоров, так у меня уши потом неделями горели.

— Боюсь, Громова уже без нас взяли, — отшучиваюсь я, даже на секунду не рассматривая возможность подойти к нему ради приветствия.

Человек пришёл в клуб отдыхать и вряд ли меня вспомнит. К тому же девушки подходят к нему с такой частотой, что, скорее всего, придётся выстоять очередь.

На стол перед нами опускаются бокалы с коктейлями. Мой — ярко-оранжевый, с торчащим из него озорным бумажным зонтиком, Васин — полупрозрачный, с лаймом и листочками мяты. Карим заказал просто колу.

— Итак, за вечер! — громко объявляет Василина, воздевая бокал над головой.