Ну какого, как Василина говорит, хрена? «Трое на одного, да?» Когда у нас стало принято шутить в присутствии руководства?"

"Генеральный и его заместитель оставляют мою шутку без комментариев, а вот Дана она, похоже, повеселила. Склонив голову вбок, он открыто демонстрирует улыбку. Выходит, он не соврал, что у него появились дела с Глебом Алексеевичем. И судя по стопке бумаг, лежащих перед ним, он действительно пришёл сюда с договором.

Опустив глаза, я делаю вид, что занята поиском нужной страницы ежедневника, для того чтобы иметь возможность хотя бы чуточку прийти в себя, а когда вновь поднимаю голову, то вижу, что Дан всё ещё смотрит на меня.

Обведя взглядом мои волосы, он выразительно поднимает брови. Я не сильна в невербальной этике, но тут понимаю: он говорит, что заметил и ему нравится.

А вот и новый инсайт. Недостаточно просто покрасить волосы и выдержать вопросы коллег. Нужно ещё научиться не краснеть, как клубника на грядке, когда тебе пытаются делать комплименты.

Моё смущение Дана, кажется, забавляет, потому что он и не думает отводить взгляд. Краснеть сильнее некуда, поэтому я с укором смотрю на него в ответ.

«Хватит уже», — беззвучно говорю ему, расширив глаза, и, не сдержавшись, выпускаю наружу краешек улыбки. На красивых людей, которые умеют улыбаться так, что дух захватывает, злиться невозможно.

— Знакомьтесь, если ещё не знакомы, — подаёт голос генеральный. — Громов Дан Андреевич, мой давний знакомый и будущий партнёр. Татьяна Викторовна, заместитель главного юриста. Пока Римма Радиковна на больничном, договором будет заниматься она.

Хорошо, что рукава рубашки длинные и никому не заметны мурашки, выступившие на моих руках от этих слов.

Сердце ни на секунду не получает успокоения. Во мне кипят волнение и азарт. Работа над партнёрским договором — это большая ответственность и огромный шаг вперёд. Страшно, но ведь когда-то нужно начинать?

— Тогда мне стоит узнать, о каком партнёрстве пойдёт речь, — говорю я, заставляя себя посмотреть по очереди на каждого из сидящих, включая Дивеева, который не принимает участия в беседе. Просто чтобы его не обижать.

— Всё довольно просто, Татьяна Викторовна, — вступает Громов и переводит взгляд на Глеба Алексеевича: — Я сам поясню, если никто не против?

Сейчас он говорит по-другому.

Шутливая вальяжность исчезла из его голоса, который звучит с энтузиазмом, но без толики пафоса, присущего людям на высокопоставленных должностях. Он разговаривает со мной как с хорошим знакомым, которому вверяет перспективный бизнес-план за чашечкой кофе.

— …«Кристалл» занимается производством и поставкой тары на всю страну, а я хочу продавать её за пределами нашей родины. Логистика, контракты, общение с дотошными европейцами — на мне.