39

— Мам, заказывай всё, что нравится, — прошу я, глядя, как она нервно перелистывает страницы меню. — Я же сказала, что угощаю.

— Дороговато здесь, Таня... — бормочет мама и осекается, когда рядом с нашим столом вырастает официант. — Так… Что бы мне выбрать…

— Попробуй крем-суп, — подсказываю я. — Хочешь? И салат с ростбифом. Он здесь очень вкусный.

Мама шевелит губами, с новым старанием вчитываясь в названия блюд, и после длинной паузы просит принести чай с лимоном.

— Что-нибудь ещё? — вежливо осведомляется парень.

Мама решительно трясёт головой, говоря своё твёрдое «нет», и при этом напрочь игнорирует мой умоляющий взгляд.

Пробовать её переубедить в присутствии официанта бесполезно — зная её упрямство, я лишь зря потрачу время и к тому же устрою неловкую сцену.

— Мне, пожалуйста, кофе и пирожное «Наполеон., — Натянуто улыбаюсь, имитируя непринуждённость. — Съедим напополам, да?

Мама делает неопределённое движение головой, так что не сразу и не поймёшь, согласна она или отказывается, после чего официант, повторив наш скромный заказ, наконец уходит.

— Мам, ты ведь голодная, сама говорила.

Почему только чай заказала?

— Очень дорого здесь, Таня, — с вызовом в голосе повторяет она. — До дома с голоду не умру.

Я чувствую беспомощность и разочарование. Так хотелось, чтобы наше совместное времяпрепровождение стало приятным и особенным. Я заранее забронировала стол в хорошем заведении, рассчитывая, что мы вместе поужинаем и попробуем узнать друг друга лучше. Грела мысль, что в свои двадцать четыре зарабатываю достаточно, чтобы заплатить и за себя, и за маму. А в итоге она заказывает самый дешёвый чай.

Следом вспоминается, как в нашу последнюю встречу с Даном я тоже заказала лишь кофе, тогда как он планировал поужинать.

Похоже, меня настигла расплата.

— Мне кажется, мы тебе хорошую сумку выбрали, мам, — киваю я на бумажный пакет, стоящий на соседнем стуле. — Хорошо, что ремешок такой широкий. У тебя всегда столько вещей с собой — плечо тянуть сильно не будет.

— Да я уже что-то сомневаться насчёт неё начинаю, — вздыхает мама. — Чёрт дёрнул согласиться. Модель уж слишком молодёжная. На работе засмеют.

Почему-то эти слова тоже ранят, хотя сумку посоветовала маме даже не я, а продавец-консультант.

Правда, я одобрила выбор. Но это потому, что сумка действительно мне понравилась, да и в мамин классический стиль вполне вписывается.

— Почему засмеют, мам? Очень стильная.

— Ладно, дома ещё раз посмотрю, — отмахивается она небрежно.

Повисает пауза. Я лихорадочно думаю, чем её заполнить, и параллельно прислушиваюсь к себе. Что чувствую? Ещё одно разочарование — вот что. Хотелось, чтобы мама радовалась покупке, а не сомневалась в ней.