Это будет напоминать дым костра. Лиля, Тиля, вы сможете?

— Ууу, взбивать с горячим паром — это мы любим! — в один голос воскликнули ведьмочки и, синхронно щёлкнув пальцами, вызвали пар из маленького котелка. В него влили сливки, капельку пряного настоя, пригоршню цветочных лепестков — и начали сбивать тонкими венчиками, с лёгким колдовским звоном, так, что пена получалась воздушной, как облако, и при этом пахла ароматным дымком, лесом и каплями дождя.

Тем временем я осторожно приоткрыла крышку казана. Аромат, вырвавшийся наружу, был настолько богатым, тёплым и сложным, что у меня чуть не закружилась голова.

— Орин, помоги с сервировной, — позвала я его.

Он подошёл, поднял первую деревянную ложку и аккуратно выложил в каждую чашу кусочек баранины, куропатку, немного говядины и капельку соуса. Потом добавил овощной гарнир, а сверху облачко пены. И, как знак, маленький лепесток шалфея.

Когда всё было готово, Карапузий лично понёс поднос к столу судей. Он шёл важно, с прямой спиной, и если бы на нём был фрак, я бы решила, что это бал, а не кулинарный конкурс. Тиля и Лиля шли по бокам, словно сопровождая блюдо с церемониальной торжественностью. Орин остался рядом со мной, и я почувствовала, как он сжал мою ладонь.

— Готово, — прошептала я. — Теперь осталось дождаться решения судей.

Судьи сидели молча. Саэлия сперва понюхала блюдо, а потом, закусив губу, осторожно зачерпнула ложку рагу. Веломир, наоборот, сразу взял смачный кусок и, не дожидаясь никого, отправил в рот, отчего его драконьи брови поползли вверх. Зельда шумно втянув носом аромат прищурилась, попробовала, а потом захлопала глазами от удивления или удовольствия. Кентавр одобрительно закивал, зачерпывая ложкой овощной гарнир. Даже сородич Карапузия, попробовав блюдо, довольно облизнул ложку.

— Это… — начал Веломир и на секунду замолчал. — Как песня слов которой ты никогда не учил, но всё равно знаешь как петь...

— Сытно, нежно, тепло, и при этом… — добавила Саэлия, задумчиво крутя ложку, — Это блюдо очень лёгкое. Мясо приготовлено с уважением. Да, именно так — с уважением.

— Это блюдо, которое можно подать королю под открытым небом. У костра. После долгой дороги. Лучше и не бывает.

Я стояла, и сердце стучало, как у зайца, после километрового забега от собак. А потом взглянула на своих. Орин — с чуть взлохмаченными волосами, но с горящими глазами. Лиля и Тиля — с пятнами пены на носах и румянцем на щеках. Карапузий гордо выпрямился, как будто ему присвоили звание главного повара года.

И в ту минуту я осознала — всё, что бы ни случилось дальше, я уже счастлива. Потому что мы сделали не просто блюдо. Мы создали воспоминания об этом дне. Мы накормили сердца.

А это куда важнее любых баллов.