Плюхнувшись на сиденье рядом с ним, я показываю её и его губы кривятся в ухмылке.

– Помнишь тот день? – я прижимаюсь к его плечу и вздыхаю запах у шеи, зажмурившись от удовольствия.

– Помню, – тихо произносит он, – Наш третий Новый год вместе.

– А помнишь, что ты сказал мне тогда? – бормочу я, когда он обнимает меня и притягивает к себе на колени.

– Помню, – Саша улыбается, – Я попросил тебя стать моей женой. И ты сказала: «Да». Это, между прочим, был самый мудрый поступок в твоей жизни, Алиса, – поддел меня он.

Фыркнув, я отстранилась и смерила его недоверчивым взглядом:

– Естественно. Ты была бы полной дурой, если бы отказала.

– Почему это? – я толкнула его, и он завалился на спину и положил руки под голову, продолжая широко улыбаться.

– Ну, во–первых, я, как ты только что сказала, красивый. Во–вторых, я умный. В–третьих, ты меня любишь. В–четвёртых, на тот момент ты носила под сердцем моего ребёнка. Продолжать?

– Ты настолько самоуверенный, что затмеваешь собой Солнце, – я закатила глаза и несильно ударила его кулаком в грудь

Он тянется ко мне и целует, обхватив мою слегка поплывшую талию руками. Улыбается, снова целует – короткими влажными поцелуями и ложится на спину, довольно морщась.

– Я люблю тебя, Алиса Дворцова.

– Я тоже тебя люблю, напыщенный индюк Александр Дворцов.

И неважно, что за окном зима сменяет осень. Неважно, что по подоконнику вместо должного снега барабанят капли дождя – декабрь выдался слякотным и серым. Неважно, что ёлка до сих пор не поставлена на своём законном месте, а игрушки нужного в этом году цвета ещё не куплены, как и подарки на светлый праздник Новый год.

Неважно, что годы летят, оставляя за собой только воспоминания в фотокарточках. Что дети растут, заставляя невидимо смахивать слезу, говоря свои первые «Мама» и «Папа». И, неважно, что было в прошлом.

Мне двадцать восемь лет.

Я не смогла остановиться.

Сколько раз я читала просьбы о том, чтобы финал был переписан – не сосчитать. Сколько гневных писем я получила, в которых меня обвиняли в жестокости и открытым текстом говорили, что ненавидят за такое окончание романа «Колибри» – тоже.

Я честно хотела. Я открывала Word, набирала одно–единственное слово: «Эпилог» и честно пыталась поймать хоть какую–то мысль, чтобы мои любимые герои были счастливы в этом альтернативном страничном измерении. И долгие месяцы я пыталась, пыталась, пыталась… Но не получалось. Ни один из них не мог переступить через себя, свою гордость и сказать простое: «Люблю».

И вот… Тот день настал. 26 июня 2015 – я хочу, чтобы и я, и Вы запомнили эту дату! Дату, настолько важную для меня, как рождение собственного ребёнка, я не шучу – это так. Дату, когда я наконец–то нашла его, тот самый счастливый конец для Алисы и Саши.