Ты проснулась утром и начала в панике носиться по квартире. Слава богу, Саша тогда гостила у твоих родителей. Говорила, что ты не ты, что помнишь, как тебя везли в какое-то место. Что ты не моя жена. Просила тебе поверить. Я тогда так испугался… Сразу связался с заказчиком.

— Подожди, — хмурюсь я, — а как ты с ним связался, если у тебя нет его номера?

— Ну, не с ним самим. У нас есть один способ связи на экстренный случай: письмо на электронный ящик. В общем, тебя забрали. Снова привезли только спустя четыре дня, и ты не помнила то утро. Борис Евгеньевич собрал нас всех и сказал, что никаких осечек с нашей стороны быть не должно, что каждое будущее вмешательство в твою память опасно, и очередного ты можешь не вынести. Теперь понимаешь, почему я боялся, что тебя снова заберут? Я не мог тебя потерять. Не мог, и все тут.

У меня начинает дрожать подбородок, а волоски на руках встают дыбом. По позвоночнику ползет холодок.

Господи, что было бы, если б люди заказчика не справились, не смогли сдержать нахлынувшие воспоминания о моей настоящей жизни? Скорее всего, в живых бы меня не оставили. Я ведь нужна Борису Евгеньевичу как Катя, а не как Ольга.

Ноги перестают держать, я снова бухаюсь на диван и зажмуриваюсь. Все внутренности стягивает в тугой узел, а затем меня бросает в жар, и лоб покрывается испариной.

Сижу так с минуту, раскачиваясь вперед-назад, чтобы успокоиться хоть немного.

Мне хочется выть, и я даже издаю глухой полустон.

Я больше не могу это все слушать. Слишком много всего для одного раза. Ловлю себя на малодушном желании прекратить разговор.

Так, Катя, дыши.

Приказываю себе собраться. Я должна все это вынести. Обязана.

— Г-где меня держали? Где из меня сделали не м-меня? — заикаюсь я.

— В частном доме. Десять километров от города.

Игорь называет населенный пункт и улицу, но мне это ни о чем не говорит.

— Я потом съездил туда, там уже было пусто.

Кто бы сомневался.

— И какой все-таки у заказчика был план, Игорь? — спрашиваю, немного придя в себя.

— Мы на всю жизнь остаемся твоей семьей, живем как обычные люди.

Всю жизнь?! Так вот почему им предложили столько денег.

Меня словно бьют под дых, и я жадно хватаю воздух ртом. О боже…

— На шестую годовщину я везу тебя в Москву на какое-то время.

Меня берет злость. Ага, везет, как породистую кобылку на выставку!

И все-таки я была права: шестая годовщина всплыла не просто так. И эту поездку планировал не Игорь, а заказчик. Правда, все равно непонятно, почему именно шесть лет. Видимо, это знает только Борис Евгеньевич.

Сдается мне, меня и правда хотели показать Руслану. Он бы узнал во мне Ольгу, да вот только я бы его не узнала, пребывая в счастливом браке и полном неведении. И конечно, не поверила бы ему, попытайся он сказать, что я его жена.