— Все началось с вашего вранья, а закончилось из-за того, что ты не смог удержать свои причиндалы в штанах! — выпаливаю я. — И мне теперь совсем не верится, что Маша что-то там тебе подмешала.

Игорь молчит.

— Скажи правду хотя бы сейчас, — настаиваю я. — Как все было на самом деле?

— Все началось не пару месяцев назад, а год, — сокрушенно признается Игорь, и мои брови взлетают.

Э-э-э… Офигеть не встать! И я ни сном ни духом.

Неужели после всего этого Игорь все еще надеется меня вернуть? Сдается мне, у него все так же не в порядке с головой, как и у пресловутого Бориса Евгеньевича.

— Маша ничего мне подмешивала, — глухо говорит Игорь. — Но шантажировала.

— Чем?

— Пообещала, что, если я откажусь с ней спать, она все расскажет…

— Мне? — перебиваю его я. — Да я бы ей не поверила!

— Это ты сейчас так говоришь. Я не мог рисковать. Не мог тебя потерять. Маша грозила рассказать, что мы спим, не только тебе, но и заказчику. Разумеется, соврав, что это я ее совратил.

Я хмыкаю, и Игорь бросается объяснять:

— Это гораздо хуже, поверь. Борис Евгеньевич — страшный человек. И опасный. Я вообще уверен, что у него не все дома. Кто знает, что он мог предпринять? Вдруг забрал бы тебя насовсем? Я тебя защищал, понимаешь? Я семью свою защищал! Ты — моя жена. А Саша — моя дочь, пусть и не по крови. Вы мои! Катя, я правда полюбил тебя. И дочь. Да, все началось со лжи, но ты… Ты чудесная. Ты самая лучшая. Прости меня, родная. Прости!

Я смотрю в искаженные болью черты лица Игоря и осознаю: он правда нас любит.

Да вот только уже поздно. Слишком много лжи между нами. Ничего уже не вернуть. Я и раньше не хотела, а теперь и подавно."

"— Я все это время знакомил Машу со своими друзьями и коллегами, — сжимает руки в кулаки Игорь. — В конечном счете, ее ведь интересуют только деньги. Я уверен, она просто хотела, чтобы я спонсировал ее до конца жизни. Но деньги есть не только у меня. Четко ей сказал, что в любом случае никогда с ней не буду. Все делал для того, чтобы она переключилась на кого-то еще. Но не успел…

Не успел. Но вот чего не понимаю, так это о чём и чем думала Маша. Видимо, задницей.

И что-то тут не вяжется.

Ну, сказала бы она заказчику, что Игорь ее совратил. Какая у нее была цель? Ведь если бы Борис Евгеньевич меня забрал, денег могли лишиться все сразу. Могли забрать и что-то сделать и с самим Игорем. Что она выигрывала в таком случае?

Ох, жаль, ее тут нет, я бы сейчас всю душу из нее вытрясла, чтобы она созналась. Ведь какой-никакой план у нее, как ни крути, был. Или есть.

— Любимая, — продолжает Игорь, прерывая мои размышления, — у меня были основания переживать за тебя. Опасаться, что Маша все тебе расскажет. Однажды ты уже начала вспоминать.

— Что?! — Я подпрыгиваю с дивана и ошарашенно открываю рот. — Когда?

— Через три года.