Я включаю обычный режим, набираю его номер, но он не отвечает. Звоню еще пару раз, но с тем же результатом.

Пытаюсь успокоиться: если бы все было плохо, он бы явно был настойчивее. А тут всего один звонок. Вообще, мог бы догадаться позвонить на рабочий номер. Почему не позвонил?!

По спине бежит холодок, возникает чувство дежавю.

Я вспоминаю обещание Игоря не манипулировать мной с помощью Саши. А еще вспоминаю, как решила, что он ее украл, когда они застряли со сдутым колесом на дороге. Он ведь и не думал ее забирать, я сама накрутила себя донельзя.

Катя, выдохни, наверняка сейчас тот же случай, тем более Игорь все-таки позвонил мне сам.

И тут я цепенею. А вдруг с Сашей действительно что-то серьезное, и ему не до звонков именно поэтому? Может, аппендицит, раз болел живот? Или еще что.

Боже, куда мне ехать? К нему? Или в больницу? Но в какую?

Я набираю Руслана, но бесстрастный автомат сообщает, что его телефон вне зоны действия сети.

Черт, черт, черт! Мешанина мыслей и тревога за дочь не дают мыслить здраво, и я мчусь к машине, по пути спотыкаюсь на ровном месте и едва не падаю.

Решаю ехать к Игорю.

Дрожащими руками вставляю ключ в замок зажигания, и когда до его дома остается пара кварталов, мобильный разрывается входящим звонком.

Глава 45. Теперь ты меня поймешь

Катя

Я бросаю взгляд на экран, и пульс ускоряется. Игорь. Ну наконец-то!

Снимаю трубку и почти кричу:

— Что с Сашей?

— Она у меня, — отвечает он, но я, завидев впереди машину ДПС, перебиваю его: — Буду через пять минут.

Раз дочка у него, значит, обошлось без больницы. И значит, все не так страшно, иначе он отвез бы ее к врачу, так? Слава богу! Я стараюсь расслабиться, несколько раз глубоко вдыхаю и выдыхаю, расправляю плечи. Только сейчас замечаю, как они были напряжены.

Я паркую машину во дворе и мчусь к подъезду, с силой давлю на кнопку домофона. Игорь открывает дверь подъезда, и я, поджав губы, мысленно поторапливаю лифт, который, как назло, везет меня наверх с черепашьей скоростью.

Игорь уже ждет у двери и при виде меня прикладывает ко рту палец.

— Тише, Ягодка только уснула.

Я захожу, бросаю сумку в коридоре и сразу тороплюсь в спальню.

Приоткрываю дверь, и точно: Саша накрыта одеялом и мерно посапывает, подложив ладонь под щеку.

Только теперь материнское сердце успокаивается, и я возвращаюсь в зал.

— Что с ней случилось? Ты почему мне не дозвонился? — осуждающе интересуюсь.

Вместо ответа Игорь хмурится, бросает:

— Пусть Саша хоть немного поспит. Пойдем на кухню, налью тебе чаю. Ты какая-то бледная.

Будешь тут бледной, блин!

Впрочем, от чашки чая и правда не откажусь — от волнения в горле пересохло.

Утраиваюсь за столом, и Игорь ставит передо мной и собой чашки, от которых идет мятный аромат, занимает место напротив.