— Здравствуй, Митяй! — сказал он почти знакомым голосом.

— Здравствуй, Богомол, — хрипло произнес я и откашлялся. — Все-таки живой?

— Да что мне сделается… Знаю, ты меня ищешь. Зачем?

— Как это — зачем?! Ты же мой друг!..

— Спасибо… Только разошлись наши стежки-дорожки, — он вдруг перешел на любимый «сказительный» тон, по его собственному выражению. — Твой путь и поныне сугубо земной, а мой, вишь, из Яви да в Нави!..

— Сашка, что ты несешь?! — Я готов был броситься к нему, встряхнуть за плечи, заглянуть в глаза, но вместо этого остался сидеть на месте. Обострившееся внутреннее чутье буквально вопило: «Замри! Пропадешь!». — Антонина все глаза уже выплакала, тебя ждет. Пойдем домой!..

— Здесь теперь мой дом, Митяй, — вздохнул Александр.

— Ладно, — я решил не спорить, подумал, раз уж он сам на нас вышел, значит, есть ему что сказать. — Тогда объясни хотя бы, что случилось в… твоей бывшей квартире? И почему Антонина ничего не знает?

— Ей не нужно знать. Она ни в чем не виновата. Просто пришло мое время… — Сашка помолчал, я терпеливо ждал. — Богомоловы — старый православный род. Из Веток они вышли, бежали от гонений сначала за Волгу. Потом их заставили в Сибирь отправиться, на вечное поселение…

Снова наступило молчание, только потрескивал задумчиво костер. Я ждал.

— Они не смогли долго выносить понукания и несправедливость местного воеводы и однажды решили уйти подальше в тайгу. — Голос Александра то становился глуше, то вдруг обретал странные рыкающие обертоны, но я старался сосредоточиться на его рассказе, не обращая на это внимания. — Люди нашли подходящее место, но пришли ханты и объяснили им, что у здешнего урмана есть Хозяин и нужно провести обряд умиротворения, чтобы Хозяин принял их. Иначе все люди скоро погибнут…

— А кто он такой, — не выдержал я, — кто этот Хозяин: человек, зверь, дух?..

— Он Хозяин, мойпар, но он не один. У каждого из них есть свой урман. И без Хозяина лес медленно умирает — сохнет, заболачивается, гниет… Ты видел такую тайгу не раз.

— Значит, все-таки дух…

— Нет, мойпар имеет тело. И он тоже смертен, если не находит пищи.

— И чем же он питается?

— Ему нужна жизненная сила… Хотя бы раз в год он должен получить ее, иначе слабеет и погибает.

— Энергетический вампир, хочешь сказать? — не сдержал я нервного смешка.

— Зря ты так, — покачал головой Александр. — Каждый питается, как может… Мои предки заключили что-то вроде соглашения с Хозяином. Раз в году они приводили ему кого-то, чаще — из города, но иногда выбирали из своих…

— Человеческие жертвоприношения?! И ты еще защищаешь это чудовище?! Сашка, опомнись!..

Мне происходящее всё больше напоминало дурной сон. Или страшную сказку?.. Монстр, высасывающий жизнь из людей, но поддерживающий жизнь леса?.. Чушь какая-то!..