Может, меня вообще ожидала головомойка, даром, что возраст уже не позволял играть в подобное.    

— Чтобы отблагодарить, разумеется!    

Светлана Павловна всплеснула руками.     

— Такая палата, такое отношение! Спасибо вам огромное.      

Мне стало неуютно. Да. И палату, и отношение врачей организовал именно я. Но знала бы мама Марины, что именно я стребовал с ее дочери в ответ.      

— Вам не за что меня благодарить, — сказал в ответ и тут же уточнил: — А Марина к вам не заходила?     

Светлана Павловна нахмурилась, я же почувствовал себя сосунком, который пытался вызнать у родительницы объекта своего воздыхания, где именно тот находится.

     

— Заходила. А что?      

Улыбнувшись, я покачал головой.     

— Да нет, ничего. Просто хотел увериться в том, что и вам, и ей здесь комфортно.     

Мать Марины смотрела на меня с сомнением несколько секунд, после чего расплылась в ответной улыбке и сказала:      

— Нам с дочкой очень комфортно. А врачи и вовсе уверяют, что я могу поправиться.       

Странно, но эта информация возымела на меня особое действие. Я обрадовался так, будто именно моя жизнь висела на волоске и мне только что объявили, что она вне опасности.

     

— Иначе и быть не может, — заверил я мать Марины и, нарочито тяжело вздохнув, прибавил: — А сейчас мне нужно идти. Был очень рад с вами познакомиться, Светлана Павловна.      

— И я тоже очень рада! — откликнулась она. — Спасибо вам, Камиль Назарович.     

Я вышел мгновением позже. На душе скребли кошки. Мама Марины считала меня тем, кем я, по сути, не являлся. Но сейчас было вовсе не время для самобичевания. Я хотел вернуть себе свою девочку, остальное — было совсем неважным.

     

— Я запомнил. Да запомнил я! — рявкнул в трубку, когда щебетание Пьера, который раз за разом повторял мне, что Марину обижать нельзя, достало до печенок. — Нет. Это не твое дело.     

Отключив связь и тем самым оборвав Петра на полуслове, я побарабанил по рулю, размышляя, что делать дальше. 

Конечно же, собирался поехать к Марине, но мне нужно было решить с самим собой важный вопрос: не сочтет ли она мое прибытие в качестве попытки загнать ее в ловушку? Хотя, если так посудить, поздно я спохватился.     

Все же вырулив на дорогу, направился в ту квартиру, которую сняла Марина для них с матерью.

При этом совершенно не был уверен в правильности своего решения. Может, стоило подождать? Выбрать какую-то другую стратегию…     

Нервно закурив, я с остервенением вжал педаль газа в пол. Стратегию, б*я. С девчонкой двадцати лет…   

Да уж, Исаев. И впрямь докатился.     

Марина открыла далеко не сразу, а когда сделала это и увидела меня, попыталась тут же захлопнуть дверь. Я не позволил ей этого, выставив руку.     

— Стой.