— Это слишком громко! И тебе стоило дождаться, когда я помогу!

Я кинула на него мрачный взгляд:

— Ну простите, что не умею читать мысли и не догадалась, что вы намерены помочь.

— Фу, какая дерзкая! — поморщился Пьер. — Ну, что ты перед собой видишь?

Я пробежалась взглядом по куче столовых приборов и констатировала очевидное:

— Ну понятно, что не чашки и ромашки! — простонал он в ответ. — Назови, для чего каждая вилка и нож!

Я рисковала показаться полной невеждой и все же не желала притворяться тем, кем не являюсь. Поэтому сказала, как есть:

НеБезухов тут же обреченно закатил глаза:

— Оу май гад, оу май гад! Исаев, где ты взял это залежавшееся сокровище?!

— Простите, а вы тут разве не для того, чтобы учить меня тому, что я не знаю? — невинно похлопала я глазами на Пьера.

Исаев хмыкнул. НеБезухов застонал.

— Вам дурно? — любезно полюбопытствовала я.

— Конечно дурно! Какая плохая, плохая девчонка! — шлепнул он меня по руке.

— Только не наказывай ее, — послышался глубокий голос Исаева. — Это моя прерогатива.

Я замерла, надеясь, что не покрылась краской с головы до пят. При этом ясно ощущала на себе взгляд Камиля Назаровича — так, словно он меня касался.

— Оооой, ты же знаешь, я не по этой части! — кокетливо хихикнул Пьер. — Лаааадно, дорогуша, запоминай! 

— Столовая вилка, закусочная вилка, вилка для  рыбы, устриц, клубники, лимона, морепродуктов, мороженого, лобстеров, салатная, десертная… Повтори!

— Абыр валыг курыг кирдык, — послушно отчеканила я.

Снова знакомый смешок. И следом — возмущенные вопли неБезухова:

— Чтоооо?! Что говорит эта девчонка? Я не понимаю!

— Я тоже ни слова не поняла из вашей речи, — парировала невозмутимо.

— Дееерзкая! — простонал снова Пьер. — Окееей, еще рааааз…

Через час мучений он наконец решил, что хватит. С меня — знаний, а с него — нервов.

— Продолжим завтра! — возвестил Пьер, прежде чем вылететь из кабинета как пробка из бутылки.

— Ну, что скажешь? — поинтересовался у меня с другого конца стола Исаев.

— Считаю, что он дал мне не все информацию по вилкам, — заметила я, не глядя на него.

— Ну да. Я так и не поняла — которую из них можно воткнуть ему в глаз?

Исаев вдруг рассмеялся — низким, интимным смехом, от которого по спине у меня прокатилась волна мурашек.

— Он тебе не понравился, да? — уточнил Камиль и голос его вдруг оказался совсем рядом.

— Как и я ему, — безразлично пожала в ответ плечами.

— Ты удивила меня сегодня… Плохая, плохая девчонка… — насмешливо повторил Исаев слова Пьера и я осознала, что он уже нависает надо мной. Так близко, что я слышу его парфюм.

— Я… мне… мне надо в больницу! — заявила поспешно, вскакивая со своего места.

Он вздохнул и в этом вздохе мне почудилась досада.

— Я попрошу своего шофера тебя отвезти, — произнес он вслух.