От такого напора Гийар расхохотался. Его лицо побагровело, как кирпич. Он вынул из нагрудного кармана носовой платок и промокнул лоб. Терпеть не мог этот жест — жест толстяка. Слабака…

— Смеешься? — произнес гость. — И зря. Если я отправлю обе перчатки в третью, аккредитованную лабораторию, ты тут же загремишь за решетку.

У него отлегло от сердца. Он только что проиграл сражение, но нащупал ахиллесову пяту противника: деньги.

— Как мне с вами связаться?

— Позвонишь по этому телефону. — В руке у Леви возник мобильник. — В памяти только один номер — другого мобильного, которым я воспользуюсь специально для этого случая.

Как только соберешь деньги — позвонишь мне.

— Перчатки будут у вас?

— Ты должен связаться со мной этой ночью. Самое позднее — завтра утром.

Он потушил последнюю сигарету о сверкающий капот ближайшей машины класса С и развернулся.

Этот легавый — настоящий подарок небес. Потеря перчаток стала первой ошибкой с самого начала его Возрождений. В руках у Пассана такая улика означала бы конец всему.

Сцена завершилась так же, как началась. Двое других полицейских вернулись на парковку.

Прежде чем уехать, Леви перекинулся с ними парой слов. Церберы бросили на автосалон недоверчивый взгляд и снова встали на караул.

Он нажал на пульт. Рольставень медленно опустился, и тьма окутала его.

Устоять было невозможно. Увязнув в шестичасовом уличном потоке, Пассан принял звонок судебного медика Рюделя. Найденный им ветеринар — специалист по Cebus apella, или капуцинам-фавнам (на первый взгляд, интересовавшая их обезьяна принадлежала к этому виду), закончил осмотр. Как тут отказаться?

Филипп Вандернут работал в Левалуа-Перре. Пассан только что добрался до Порт-де-Клиши и тут же настроил навигатор на адрес кабинета на улице Поля Вайяна-Кутюрье.

Если верить оборудованию, на дорогу уйдет минут двадцать, а с включенной сиреной — вдвое меньше. Он повернул, выехал за Порт-де-Шампере, выжал сцепление.

Автобусные трассы, улицы с односторонним движением, тротуары — он уложился меньше чем в восемь минут. По пути умудрился позвонить Гае и предупредить, что «слегка» опоздает. Он также связался с двумя полицейскими, которым поручил следить за своим домом, — они уже были на месте.

Все чисто, на улице Клюзере царили мир и спокойствие.

Пассан проверил голосовую: пришло сообщение от Наоко, она хотела знать, дома ли он. Черт! Он сунул мобильный в карман, предварительно отключив, и сосредоточился на кабинете ветеринара. Витрина напоминала лабораторию медицинских анализов или обычное агентство по трудоустройству. Широкое стекло, выцветшие шторы, вывеска с серыми буквами: «Вандернут, ветеринар. Лечение, вакцинация, хирургия». Пассан припарковался на съезде и вышел в сгущающиеся сумерки.