Но теперь я не знаю — может, замки поменять?

— Что вы такое говорите?

Дело в том, что Катя здесь работала ещё задолго до меня, и у меня было ощущение, что Алевтина полностью ей доверяет. А тут такие слова.

С другой стороны, конечно, даже если никого ни в чём не подозревать… мало ли у кого оказаться могли ключи? Может, кто-то сделал слепок.

Это я пытаюсь найти хоть какое-то объяснение словам и тону Алевтины.

— Ну а что? Не предупредила меня. Не отработала две недели, как положено. Теперь мне искать нового человека по всему городу?

— По объявлениям не звонят? — удивляюсь я.

— По каким объявлениям?

— Ну, вы же искали мне замену?

Алевтина поджимает губы.

— Точно. Надо будет сделать… Проверить, — она фальшиво улыбается. — Да не волнуйся так. Как у тебя дела вообще? Как ребёнок?

Получается, Алевтина даже не пыталась найти мне замену? Не давала объявлений в газеты или в интернете? Я раньше особо не задумывалась, потому что и сама не хотела уходить. Но сейчас это кажется мне очень подозрительным. Думаю, баристу без выкрутасов найти можно легко максимум за неделю.

Алевтина даёт понять, что обсуждать со мной больше тему Кати и других сменщиков вообще не собирается.

Она переспрашивает, смогу ли я нормально отработать свою смену и вообще работать дальше. Я, конечно, киваю. Теперь уж точно спешить не хочется. Я должна понять, что случилось с Катей и почему работодательница так резко сменила своё мнение насчёт неё.

Несмотря на всё добро, что мне сделала Алевтина. Несмотря на то, что мы почти что родственники, и я жила с ней в одной квартире, она женщина очень скрытная. О себе и своих делах рассказывать не любит. И я всегда уважала это. Но сейчас мне кажется, что часть замолченных слов касаются меня и моей семьи.

— Вот и хорошо, девочка, — кивает она напоследок. — Ты ведь беременна, а не больна, правда? Конечно, чудно, что жена такого человека у меня работает. Обязательно советуй нашу кофейню своим богатым знакомым!

С рафинированной улыбкой она уходит.

Дальше перевести дух снова не дают посетители. Я в очень редких случаях им не рада на работе. И сегодня один из них. Хочется подумать хорошенько. Но, надеюсь, тяжёлые мысли никак не сказываются на моей приветливости. Сейчас могу не заметить такого.

Параллельно с приготовлением кофе чиркаю план на листке бумаги:

«1. Вспомнить, в какой фитнес-клуб ходит Ирина.

3. Узнать, где живёт Катя.

5. Пообщаться с кем-нибудь ещё, кто хорошо знает Мирона. Узнать про его семью…

6. Попросить фото из детства?»

А я ведь действительно не видела маленьких Мирона и Ирину рядом. Но справедливости ради и отдельно — тоже. Такие фото обычно хранят родители, а они погибли… Разве что есть у Ирины — Мирон всячески избегает темы детства, родителей и т. д.