Перед ней, насколько хватало глаз, простиралась огромная серебристо-зелёная роща. Вековые деревья были усыпаны плодами. Кроны олив ласкал лёгкий бриз, даря живительную прохладу. Укрывшись от палящего солнца в тени раскидистых ветвей, пара прошла немного по аллее. Анна заметила небольшой домик, спрятавшийся между деревьями.

— Там кто-то живёт? — с деловитым видом поинтересовалась она.

— Нет. Уже много лет, как дом пустует. Раньше в нём жили мои дедушка с бабушка. Всё лето мы с Марисоль и двоюродными братьями и сёстрами проводили у них. Дед держал кур, индюков и уток. Когда я был совсем маленьким, у них даже была корова. Но после смерти стариков никто не захотел здесь жить, и дом стал заброшенным.

— Почему ты продаёшь участок? Это же отличная земля. Да и оливковые плантации, наверняка, приносят доход.

— Мне эта земля ни к чему, — с деланным безразличием ответил Хавьер.

— И тебе не жалко? Это же всё-таки ваши семейные угодья, передававшиеся из поколения в поколение. Здесь твои детские воспоминания.

— Сантименты — плохой партнёр в бизнесе, Анна. Думал, ты это усвоила, работая в инвестиционной компании. От старья в жизни надо избавляться.

— Ты такой же моральный урод, как и три года назад, — брезгливо кинула девушка и пошла вперед.

Хавьер догнал её и схватил за руку. От его прикосновения у Анны сердце заколотилось в два раза быстрее. Пальцы мужчины жгли кожу калёным железом.

— Не смей прикасаться ко мне! — русская с силой выдернула руку.

— Ты меня не дослушала, — испанец прищурился. — Одним их моих условий при продаже будет сохранение рощи.

— А как же сантименты? — едко парировала Анна.

— Они здесь ни при чём. Вопрос в людях, работающих здесь. Если твой Сергеев уничтожит деревья, то двадцать человек останутся без работы. А в сезон сбора оливок и того больше. У меня есть моральные обязательства перед рабочими.

— О! Тебе знакомы слова «мораль» и «обязательства»? Давно выучил?

Проигнорировав издёвку русской, испанец продолжил:

— Люди, ухаживающие за рощей — хорошие, трудолюбивые крестьяне. У них каждая копейка на счету, учитывая, что работы для них становиться всё меньше и меньше из-за таких, как твой шеф.

— А в чём виноват мой шеф?

— Такие, как он выкупают землю и строят роскошные отели, на земле, где раньше возделывались поля, и была работа для простых испанцев.

— Да ты ещё и патриот! Ну, так не продавай землю, таким бессердечным акулам бизнеса, как мой начальник.

— У меня нет времени ею заниматься. Думаю, всегда можно найти компромисс. Твоя компания получит шикарный участок, а крестьяне останутся при работе.

— Ага, а ты при деньгах! Ловко придумал! Только господин Сергеев никогда не согласится сохранять рощи на своей земле из-за того, что кто-то там останется безработным.