Полетевшие головы манекенов, как огромные градины, глухо застучали по татами. Оставалось лишь дивиться такой ловкости — по-любому дублер или спецэффекты, вряд ли у нее самой такие навыки.

Когда от манекенов остались только обрубки, она убрала лезвие в ножны и, распахнув тонкую стенную перегородку, вышла из комнаты. В проем тут же хлынул сквозняк, разбрасывая по полу изрезанные фрагменты моих фотографий. Из этих обрывков впору было складывать мозаику.

Когда манекен был обвешан как новогодняя елка, она вытащила пульт и до упора нажала на огромную красную кнопку.

Перебивая музыку, раздался мощный взрыв. На экране заплясало огромное пламя. Мелодия заиграла вновь, и прямо из пылающего огня вышли три хрупких силуэта. Невредимые, роскошные, сексуальные, девчонки гордо вскинули головы — как умелая команда, уничтожившая опасного врага.

Под последние звуки мелодии они ушли в закат. Камера замерла на земле, где среди почерневшей травы лежало обугленное дело с моей фотографией. Затем поверх моего лица, портя его и тут, прямо на экран шлепнулась крупная ярко-красная печать:

Извилины уже склеивались от переизбытка впечатлений. Вот теперь ситуация стала вконец критической. Все девчонки — даже те, кого я еще не трахнул — рвали мне мозг. Девчонки, девчонки… Много девчонок, слишком много девчонок… Хватит!

Пора учиться их как-то организовывать. Хочу гарем, хочу быть королем этого гарема, где я сам буду решать, кто, когда и как. Хочу разобраться, как его создать!..

Интересно, а самоучитель есть?

— Какая же я неловкая, — сказала Мария и, встав на четвереньки, начала торопливо собирать упавшие листы.

Вид был настолько впечатляющим, что когда Матео наконец сообразил, что надо бы помочь, на полу уже ничего не осталось. Он молча подал ей руку, помогая подняться, а затем, когда она встала на ноги, настойчиво потянул к себе, решив, что все понял правильно. Однако между ними тут же оказалась пачка мятой бумаги.

Покачав головой, Мария оттолкнула его.

— Госпожа расстроится.

— Почему? — быстро возразил он. — Я не ее парень, ты же знаешь.

Она показала ему загнутые уголки пожелтевших листов, на многих из которых чернила уже почти невозможно было отличить от грязи. Как будто Бьянка вообще заметит, что они помялись, подумал он. Судя по слоям пыли вокруг, сюда редко кто заходит.

— Может, небольшой перерыв? — предложил он.

Мария с легким сомнением посмотрела на пыльный шкаф за его спиной.

— Ты разве не хочешь отдохнуть? — настаивал он.

Она слегка замялась, словно принимая нелегкое решение.

— Только недолго, сеньор Матео.

Притворив за собой дверь, они вместе вернулись в гостиную. Мария сразу же села на софу и вытянула ноги, слишком стройные, чтобы все время прятать их под безобразным фартуком.