— То, что ты испытала, называется оргазмом.

Она изумленно захлопала ресницами, будто вообще не знала этого слова.

— Его все девушки испытывают, — мягко продолжил я, словно занимался секспросветом в какой-нибудь отрезанной от цивилизации общине, — во время мастурбации или занятий сексом. По крайней мере, со мной. Это не какая-то особая награда, это — физиология…

Следом я вкратце просветил ее об оргазме, женском и мужском. Джи слушала, мрачнея с каждым словом, и под конец я думал, что она меня убьет.

— Не верю! — хмуро заявила она. — Это твои адские россказни! Хочешь сбить меня с правильного пути!

Из груди вырвался невольный вздох. Столько слов — и все напрасно?

Пару секунд Джи усердно раздумывала, впиваясь глазами в мою голову, словно ища в мыслях какой-то подвох.

— Если ты меня обманул, — наконец буркнула она, — я тебя убью!

Тоже мне угроза — ты каждый раз так говоришь, я уже привык. Отвернувшись, она с суровым видом направилась к ближайшему аттракциону, а я, уже и так зная, чем все закончится, приземлился на скамейку неподалеку. Что за безумный день?.. Новая партия сладких сочных криков взорвала воздух, среди которых, скорее всего, были и ее. Надеюсь, осознание моей правоты не займет у нее много времени.

Однако ждал я ее долго, и только тень укрывающего меня лоха составляла компанию. Наконец рядом раздались шаги, уже не такие четкие и боевитые, как в начале прогулки. Пошатываясь, Джи медленно добрела до меня с очередным стаканом вина в руке. Глядя на ее лицо, я уже мог не спрашивать, поверила ли она мне.

— Мерзкий парк… — морщась, она сделала глоток. — Я бы все сожгла! Пошли дальше…

Некоторое время мы молча и бесцельно плутали по желтым тропинкам. Джи распинывала песок под ногами и цедила вино, и у меня создавалось ощущение, что она хочет заблудиться среди зелени, чтобы больше ничего здесь не видеть. Наконец дорога привела нас к очередному островку аттракционов. Оглушая, рядом раздался звонок, и, грохоча, тележки, стилизованные под небольшие лодки, поехали по рельсам. Эта горка под названием “Всплеск” стояла прямо поверх огороженного декоративного рва, и на очередном вираже казалось, что тележки вместе со всеми сидящими внутри вот-вот коснутся воды. В такие моменты визги становились особенно громкими.

— Значит, это не награда… — Джи с горечью допила остатки в стаканчике. — Значит, это у всех… грешников!

Она смотрела обиженно и жалобно, как ребенок, который только узнал, что подарки под елку приносит не Дед Мороз. И, кажется, именно я лишил ее иллюзий.

Последний вираж аттракциона проходил по поверхности рва. Грохоча и вибрируя, тележки на скорости врезались в воду, и под аккомпанемент восторженных визгов в воздух взмыло огромное облако брызг.