Оно ведь и правда: какая разница, где тебе дэвров воспитывать? Да и чего мы тут, в Вельтарингии, не видели… А я женщина старая, всю жизнь в столице просидела, мир-то, считай, и не видела… С этим огрызком неугомонным разве поедешь куда? Глаз да глаз за обормотом. Разве ж будет ещё возможность? Да и в Дэврети когда кого добром звали? А тут сам Чёрный Вепрь позвал…

– Мелли, – вздохнула я. – Похоже, дэвры влияют на мои манеры самым разлагающим образом, иначе я бы никогда не позволила себе высказаться настолько прямо. Но лучше так, чем между нами останется недопонимание.

Так вот: будет лучше, если господин кайарахи уедет. А я останусь здесь. Я сама так хочу.

Имельда немного смутилась от такой откровенности. Кивнула. Но продолжила размышлять:

– А там ведь и леди Ригель-Войц с малышками… Как они там, интересно, устроились? И глу́пышня моя беспутная, Фиона. Герцогиня она теперь, ишь!.. И двух месяцев ведь не прошло, как замуж вышла. Как бы не натворила там чего… Там же и своих мужчин хватает. Да ещё старые чудища понаедут… Сиволапые всякие. Ты уж подумай, а?

Упоминание об Анне-Кристине и Тиаре с Тавелой разлилось на душе теплотой.

Да и этот загадочный тохунга… Человек в отчаянии ведь и в волшебство готов поверить. А вдруг он действительно сумеет помочь отцу? Но сомнения одолевали меня и внезапно вылились в невольную поддёвку – после искреннего сочувствия Ярого мне тоже стало жаль безответно страдающего дэвра.

– Знаете, госпожа Ризе, не будь я уверена в том, что вы искренне скучаете по этим леди, я бы предположила, что ничуть не меньше вас заботит одно конкретное сиволапое чудище. Вернее, предстоящее отсутствие оного рядом с вами.

Глаза у Имельды были и так большие, выразительные, а от возмущения округлялись и чуть выкатывались, так что она становилась похожа на сову.

– Да вы в своём уме, тесса Минци?!.. Да как вам в голову даже!.. Боги, да что же это за гадкая невоспитанная девчонка свалилась на мою голову!..

– Признаете – может, и подумаю, – ухмыльнулась я.

Мелли хищно прищурилась и моментально уняла возмущение. И, да, вытащила-таки припрятанный до поры кинжал острословия:

– А сначала ты мне ответь. Я-то постарше буду, уж уважь мой возраст.

Самой-то чего больше хочется, девочка? Тут остаться или вслед за кайарахи во все вёсла плыть?

Я вспыхнула от возмущения.

– Ага. Ну, так чего, сама соберёшься или Клару позвать?

Дэвры оказались легки на подъём, и ничего удивительного в этом не было – всё-таки они воины, привыкшие к дисциплине и частым набегам… походам, да. Больше меня удивляло другое: наше согласие было воспринято как должное. «Ага», – буркнул Вангапу, когда я, смущаясь, озвучила своё решение. И всё: никаких объяснений, аргументов.