Мне оттуда на работу дольше будет ездить, — неуверенно произнесла Надя.

— Да плюнь ты на эту работу. Найдёшь другую получше. Слушай, ты же не собираешься всю жизнь здесь провести? А я хочу немного помочь, так сказать, в благодарность за то, что между нами было. Мне нетрудно, деньги у меня есть — насчёт этого даже не переживай. И ты мне ничего не должна и должна никогда не будешь.

— Подожди, не так быстро… — Надя выглядела растерянной. — Я не совсем понимаю. То есть, ты мне предлагаешь переехать к тебе и…

— Смотри. Я тебе предлагаю пожить у меня на квартире совершенно бесплатно.

Потом сделаем так: ты поступишь в институт, получишь какую-нибудь полезную специальность и пойдёшь работать. Всё это время ты можешь жить у меня и ни о чём не беспокоиться. Твоей маме тоже окажут квалифицированную помощь, если потребуется.

Надя смотрела на меня непонимающим взглядом:

— Ну… даже не знаю. А как я поступлю в институт-то? Я же — деревенщина неотёсанная?

— Не прибедняйся. Поступишь. Просто придётся потрудиться. Но куда без этого, правильно?

— Ну да, верно, — улыбнулась Надя.

— Значит, решено, — я достал мобильник и набрал номер моего шофёра.

Велел ему взять минивен, взял у дядя Виктора ключи от квартиры в Облачном и пулей лететь сюда.

Через полтора часа Артур на большом чёрном минивене с тонированными стёклами уже протискивался к подъезду мимо припаркованных машин, а ещё через час мы с Надей и её матерью поднимались на лифте на двадцатый этаж новенького высотного дома, где находилась одна из квартир, ранее принадлежавших Аркадию Скуратову, а теперь — мне.

В пятницу я обедал с Валерием Дмитриевичем Бельским — человеком, который в настоящий момент возглавлял родовую компанию Бельских и с которым Аркадий Скуратов находился в давней ссоре.

Мы сидели и разговаривали в том же самом кабинете на втором этаже, где когда-то мой приёмный папаша вызвал меня на дуэль.

Тёплый свет люстры освещал помещение с зелёными бархатными стенами и овальный стол, покрытый белоснежной скатертью, на фарфоровой посуде и столовых приборах блестели блики. Напротив меня сидел тучный мужчина с толстощёким лицом с маленькими злыми глазками. Валерий Дмитриевич Бельский произвёл на меня не слишком приятное впечатление.

Князь был настроен отнюдь не самым дружественным образом, к тому же и дядя Виктор, и Лисицын меня предупреждали, что с ним надо держать ухо востро. Ну и я старался, как мог.

От Валерия Дмитриевича я много узнал о том, каким коварным был Аркадий Скуратов и как сильно он вредил компании Бельских. Всё это подавалось с намёком на то, что если я желаю уладить ссору, неплохо было бы данный ущерб компенсировать. Валерий Дмитриевич явно хотел воспользоваться мою мирную инициативу, чтобы стрясти с нас деньги.