Он терпеливо улыбнулся и поднялся над нею, опираясь на одну руку.

— Это не самая лучшая поза. Нам нужно поменяться местами.

— Я думала… я должна быть под тобой. Разве это неправильно?

— Это самая неудобная поза для расставания с девственностью, — объяснил Габриель, нежно целуя ей плечи.

— Мне бы понравилось.

— Только не для твоего первого раза, — улыбнулся Габриель. — Иначе я могу причинить тебе боль и даже не заметить.

«Боль?» — мысленно повторила Джулия и сразу насторожилась.

Габриель это увидел, и у него замерло сердце. Он взял ее лицо в ладони, как делал всегда, когда хотел ее успокоить.

— Но почему? — продолжала недоумевать Джулия.

— Из-за нагрузки на твое тело. Мой вес превышает твой, поэтому я буду давить на тебя, даже если перенесу центр тяжести на колени. В данном случае гравитация играет против нас. А когда ты находишься сверху, ты можешь управлять движениями, глубиной моего проникновения в тебя. Все управление я отдаю тебе. Доверься мне, — шепотом добавил он, целуя в ухо.

Габриель продолжал ласки, шепча слова восхищения. Он гладил ее шелковую, почти прозрачную кожу. Затем осторожно поднял Джулию и поменял положение. Теперь он лежал на спине, а она — на нем.

Когда голова Джулии легла ему на грудь, он зашептал по-итальянски:

Габриель воспевал ее красоту и доброту, сравнивая с жемчужиной и утверждая, что во всех чертах ее лица запечатлена Любовь. Джулия прошептала слова благодарности и смолкла, чтобы слышать биение его сердца. Она до сих пор не могла привыкнуть к мысли, что человек, которого она столько лет любила безответно, сейчас рядом с нею, в ее объятиях. Она не могла насладиться прикосновением к нему, ее глаза жаждали снова и снова смотреть на совершенные пропорции его тела. Ее пальцы дотрагивались до его бровей, замирали в ямке над такой чувственной верхней губой, скользили по лицу…

Габриель приподнялся, чтобы поцеловать ее. Он поводил языком по ее рту, а потом взял в рот нижнюю губу. На несколько мгновений они замерли, разгоряченные желанием. Джулия тоже превратилась в исследовательницу тела Габриеля, водя по его лицу, груди, бедрам. Потом она, продолжая целовать Габриеля в шею, отважилась взять в руку напряженный член.

Габриель тихим урчанием дал ей понять, как ему это приятно. Джулия почувствовала себя увереннее и уже смелее ласкала член. Теперь грудь Габриеля покрылась не только следами поцелуев, но и капельками пота.

— Джулия, а ведь я еще не закончил поклонение тебе, — хрипло произнес он, не желая, чтобы волна наслаждения помешала ему исполнить ритуал.

Джулия нехотя разжала руки. Габриель широко развел ей бедра, чтобы они обхватили его.