Уилден не был первым копом, который расспрашивал Спенсер о ночи, когда пропала Эли, но он был единственным, кто когда-либо звучал так... недоверчиво.

Воспоминания о той ночи были совершенно ясными и невероятно путанными.

Она помнила переизбыток эмоций: волнение из-за того, что им разрешили переночевать в сарае, раздражение от того, что там была Мелисса, головокружение от того, что там был Йен.

Их поцелуй был за пару недель до этого.

Но затем Эли начала рассуждать о том, какая милая пара Мелисса и Йен, и эмоции Спенсер опять завихрились.

Эли уже угрожала рассказать Мелиссе о поцелуе.

Как только Йен и Мелисса ушли, Эли попыталась загипнотизировать их, и они со Спенсер поссорились.

Эли ушла, Спенсер побежала за ней, и затем...ничего.

Но вот чего она никогда не говорила копам, или своей семье, или своим друзьям: иногда, когда она думала о той ночи, возникало ощущение черной дыры посреди нее.

Произошло что-то, что она не могла вспомнить.

Внезапно, перед глазами Спенсер возникло видение.

Эли злобно рассмеялась и отправилась прочь.

Спенсер остановилась посреди многолюдного коридора и кто-то врезался ей в спину.

- Ты будешь шевелиться? - заныла девушка за ее спиной.

- Некоторым из нас надо добраться в класс.

Спенсер сделала неуверенный шаг вперед.

Что бы она не вспомнила, это быстро исчезло, но ощущение было как от землетрясения.

Она заозиралась вокруг в поисках разбитого стекла и расшвырянных учеников, несомненно остальной мир тоже ощутил это, но все выглядело абсолютно нормальным.

В нескольких шагах позади Наоми Зиглер изучала свое отражение в маленьком карманнои зеркале.

Два первокурсника у почетной доски с учителями года смеялись над заостренной сатанинской бородкой и рожками, пририсованными к улыбающемуся фото мистера Крафта.

Окна, обращенные на пустырь, не были разбиты на мельчайшие кусочки, и ни одна из ваз на гончарном выставочном стенде не упала.

Что за видение только что было у Спенсер? Почему она чувствует себя такой... слизкой?

Она проскользнула в свой класс углубленной экономики и тяжело опустилась за парту, которая была совсем рядом с большим портретом хмурого Джей Пи Моргана.

Как только вошла оставшаяся часть класса и все сели, Сквидвард вышел на середину комнаты.

- Перед сегодняшним показом у меня есть объявление.

Он посмотрел на Спенсер.

Она не хотела, чтобы все смотрели на нее прямо сейчас.

- В своем первом заданном эссе Спенсер Гастингс очень красноречиво и убедительно рассуждает о теории "невидимой руки", - провозгласил Сквидвард, поглаживая свой галстук, по всей длине которого были отпечатаны изображения Бена Франклина на стодолларовой купюре.

- И, как вы должно быть слышали, я номинировал ее на Золотую Орхидею.

Сквидвард начал аплодировать и остальные в классе вслед за ним.