Они тоже хватают лепестки, роняют, так как сверху все время сыплются новые, и вот уже и кони блестят, попоны промокли и влажно чавкают, а конские копыта с хрустом проламывают слой лепестков на земле как тонкую соляную корку.

Из-за цветной метели Яфет временами теряет из вида спутников, только слышит их восторженный хохот.

Потом голоса умолкли, тцар еще отряхивал с головы и плеч мягкие обволакивающие лепестки, но всем телом ощутил смутное беспокойство. Воздух вокруг влажный и напоенный запахами так сильно, что кружится голова. Как сквозь плотные одеяла услышал довольный голос Соколиного Клюва:

– Я на эти лепестки выменяю табун коней и сто молодых рабынь!

– А я найму тысячу лучших воинов, – услышал Яфет голос воеводы, – и заплачу за полгода вперед!

Яфет смолчал, лицо внезапно помрачнело. Эти двое поймут, когда опомнятся, что земли, где можно выменять коней и рабынь, остались далеко за спиной. Как и страны, где можно нанять воинов.

Он крикнул мощно, перекрывая хруст и хряск, так что конь под ним вздрогнул и присел:

– Довольно!.. Вперед!

Конь осторожно двинулся сквозь стену падающих розовых лепестков, скорее, похожих на крылья сказочных бабочек. Их не становилось больше, а когда ветер утих, с неба уже опускались совсем редкие розовые лоскутки. Зато под ногами их становилось все больше, пока наконец не стало коням по колени.

Яфет тревожился все сильнее, Громострел перестал стрекотать, волхв тоже умолк. Теперь едет с задумчивым видом, иногда теребит бороду.

Когда тцар был уже мрачнее тучи, слой розовых лепестков на земле принялся истончаться. Они проехали еще не больше десятка полетов стрелы, как трава вновь зазеленела, и лишь изредка виднеются залетевшие туда лепестки.

– Благополучно, – вздохнул Громострел с облегчением. – Я уже начал было тревожиться!

Соколиный Клюв соскочил с коня, быстрые пальцы разорвали лепесток надвое, он лизнул края, закрыл глаза, долго вслушивался.

– Ну что? – спросил Яфет нетерпеливо.

– Это первые цветы, – отозвался волхв. Увидев непонимающие лица, пояснил: – Не первые вообще, а первые этой весной. Последние горчат, а в этих слышится свежесть подземных вод…

Громострел сказал нетерпеливо:

– А то, – сказал Яфет резко, – что скачи обратно, как можно быстрее! Пусть загонят всех коней и заморят волов, но чтобы завтра были здесь! А лучше сегодня к вечеру.

Волхв кивнул, в глазах тихая радость, что не понадобилось объяснять вождю подробно. Громострел послушно повернул коня, но все же спросил ошеломленно:

– А затем, – крикнул Яфет свирепо, – что это дерево, если его можно назвать деревом, будет сыпать лепестки еще с неделю! И тогда нам уже не пройти.

Громострел присвистнул, а конь под ним сорвался в галоп, будто был его продолжением.