Наверное, он у них главный.

Резко торможу, не веря своим ушам.

— Ты это серьезно сейчас? Кнут крутой? То себя вообще слышишь? Он отморозок, ничуть не лучше той троицы. Забыла, что о нем говорят?

— А по-моему, он нормальный. Домой нас отвез…

— Нормальные, Марина, с таким отрепьем не общаются и не принимают наркотики. А он точно наркоман, ты глаза его видела? У него взгляд… аж до костей пробирает. Чумной! — возобновляю движение. Маринка, хихикая, семенит рядом.

— Может, ты хотела сказать «чумовой»?

— Я сказала то, что сказала!

— Да нормальные у него глаза, даже красивые, голубые. И вообще, то, что он знает этих идиотов еще ни о чем не говорит, а все остальное, что там болтают, может быть просто слухами. Сама знаешь, как у нас любят сочинять.

— Я более чем уверена, что у него судимость есть. А может, даже не одна. Он беспредельщик, наверняка вор и не исключено, что насильник. В себя приди! И только посмей мне сказать, что он снова тебя очаровал. Вечно тебя на каких-то придурков тянет. Что Трофимов этот твой бывший — байкер поехавший, то Кнут. Ладно в пятнадцать, но почти в двадцать! Это несерьезно.

— Эй, а меня подождать никто не хочет?

С другого бока откуда ни возьмись нарисовывается Кирилл. Подставляю щеку для поцелуя, спихивая ему свои конспекты.

— Что у тебя с телефоном? Гудки идут, но не отвечаешь.

— Потеряла, — вру, давай сигнал глазами Маринке: «молчи!».

— А я звоню, звоню… Извини, у меня весь день лекции в другом корпусе были, не мог вырваться. Как погуляли вчера? Круто было?

— О, да. Вечер был незабываемый, — закатываю глаза, и Маринка ржет.

На самом деле, проснувшись утром мне показалось, что произошедшего ночью и вовсе не было. Не было обкурившейся троицы, не было никакого Кнута. Если бы не украденный телефон, я бы вообще решила, что все это мне точно приснилось — ну не могло в моей жизни произойти чего-то даже близко похожего!

Я всегда славилась примерным поведением и кристальной репутацией. Мои оценки всегда были на высоте, моя игра на пианино — идеальной, друзья — все сплошь дети «элиты», шмотки — чистый бренд. Меня всегда ставили в пример: во дворе, школе, университете. И я заслужила быть примером! Поэтому в моей жизни просто не могло приключиться недоразумение по кличке Кнут, исключено.

Телефон, конечно, жаль — последняя модель, подарок отца, но, впрочем, черт с ним, пока похожу со старым.

Кирилл перекладывает тетради под мышку и обнимает меня свободной рукой за талию. Чуть-чуть откровеннее, чем это положено друзьям. Хотя мы уже два месяца как не просто дружим — мы встречаемся и у нас все серьезно. А главное, папа в восторге от будущего зятя — Кир первый парень из всех претендентов, кого он не забраковал.