Не дожидаясь, когда он откроет мне дверь (если он вообще собирался это делать) выбираюсь на улицу и прямо по щиколотку в густую мягкую траву. Кругом жужжат какие-то невидимые мошки, блики стремительно опускающегося солнца припекает макушку и еще этот умопомрачительный аромат… Но расслабляться нельзя, стреляю взглядом на Кнута — тот роется в открытом багажнике, вынимая один за одним пакеты с логотипом известного супермаркета.

Что там? Алкоголь в лошадином количестве? Вряд ли эко-продукты.

— Слушай, помоги, а, — подзывает он, — возьми вот эту сумку, она не тяжелая.

— Еще чего, — бурчу под нос. А впрочем…

Сжимаю баллончик и словно ничего не произошло иду на зов. Момент идеальный — когда он будет передавать мне эту сумку, руки его будут заняты.

— Что здесь? — спрашиваю, больше для того, чтобы заговорить ему зубы.

— Так посмотри, — он пихает мне в руки пакет, и я, повинуясь любопытству, заглядываю внутрь. Что за!.. Упаковки печенья, чай, какие-то сушки-баранки.

Мы приехали на тусовку отбитых придурков или к бабушке в гости?

Или это очередной маневр сбить меня с толку?

Впрочем, гадать некогда — бросаю на землю пакет и, направив распылитель на него, кричу:

— А? — короткостриженная голова выныривает из-за распахнутого багажника и, увидев в моих руках баллон, закатыват глаза: — Ну здравствуй, приплыли.

За спиной скрипит калитка, и я резко оборачиваюсь, решив сначала ослепить подмогу, как вдруг натыкаюсь на конопатое лицо молодой девушки.

Быстро прячу руку с перцовкой за спину.

— О, Паш, ты приехал, — чуть склонив голову набок, девушка не без интереса изучает меня с головы до ног. — А чего не сказал, что у нас будут еще гости? Привет, я Лера, — тянет ладонь для приветствия. Ошарашенно подаю свою в ответ и только сейчас замечаю, что конопатая беременна.

Вот это новости! Это что, получается, Кнут и она…

И вообще, что она здесь делает, еще и в положении! Она что, в курсе их «улетных вечеринок»? То есть привезти какую-то левую телку для нее в порядке вещей?

— Знакомься, Лер, это Маша, — кивает на меня Кнут.

Чисто женского любопытства во взгляде становится больше.

— Ты не говорил, что у тебя есть девушка.

— Потому что я не его девушка, — вставляю свои пять копеек. — Мы вообще знакомы всего ничего.

— Пока да, — соглашается Кнут, поднимая один за другим пакеты. — Но скоро познакомимся. Поближе.

— Жениться на тебе, говорю, хочу, — просто повторяет он и, шагая к калитке, кидает через плечо: — Сумку подними, а то мармелад на солнце растает.

— Бли-ин, Паш, ты что — мишек мармеладных купил? Спаси-ибо, — конопатая виснет на его спине, а тот ржет и по-доброму чертыхается под нос.

Я в прямом смысле в ступоре. Не знаю, что тут творится, но, походу, совсем не то, чего я ожидала.