Она нашла меня благодаря телефону, оставленному в больнице.

Мы поговорили и она сказала, что привязалась ко мне. Всегда мечтала о внучке и пусть ею буду я. Даже если это и не так.

Я тоже уже привыкла к ней. Мне не хватало нашего общения.

Мне кажется, Мария Эдуардовна стала замечать перемены в моем поведении. Я все чаще задумчиво стояла у окна. Стала меньше есть. И иногда утром у меня можно было заметить красные глаза.

— Сегодня Рустама выписывают, — как бы невзначай сказала она однажды утром. — Столько времени прошло. Как он там один будет?

Сокрушенно покачала головой. И я поймала на себе ее быстрый взгляд.

Чтобы принять решение, мне не потребовалось много времени.

И вот сейчас я слышу эти слова.

Мой Рустам. Дядя Рустам.

А еще я вижу, что он не кончает в меня. Боится. Не хочет детей.

Пусть этот ребенок будет только моим. Я не заставлю Рустама полюбить его. И аборт делать тоже не буду.

От этого мне немного грустно. Но я отгоняю от себя эти мысли.

Хочу, чтобы сейчас было светло. Чтобы мы были счастливы. Пусть хотя бы только сейчас.

— Почему ты пришла тогда? — спрашивает Рустам, когда мы просто лежим рядом после очередного оргазма.

— Я знаю, кто это сделал, Рустам.

Он садится и внимательно смотрит на меня.

— Помнишь то агентство? Которое продало меня? Сергей?

— Рита сказала, — честно отвечаю я.

Вижу, как начинают ходить желваки на его скулах.

Встает, берет телефон и выходит.

Его нет очень долго. Я уже начинаю волноваться. Вдруг ему стало плохо.

Наконец, возвращается. Уже не хмурится.

Запрыгивает на кровать.

— Все хорошо, девочка, — целует меня. — Ты молодец.

— Они больше не тронут тебя?

— Они больше никого не тронут. Суки. Не переживай. Помнишь, что я обещал?

Склоняется надо мной.

— Что никто не причинит тебе зла. Никто.

— Но Артур, — решаюсь, в конце концов, коснуться и этой темы. — Акции. У меня больше их нет, Рустам. Нет акций.

— Я знаю, — улыбается он.

- Тебе это не важно? — искренне удивляюсь. Я же помню, как он трясся над этими злосчастными акциями.

Вместо ответа он целует меня.

— Я все верну, Настя. Обещаю. Все будет в порядке.

— Прости, Рустам. Я не должна была.

— Знаешь, что, Насть?

— Это хорошо, что у тебя ничего нет.

Непонимающе смотрю на него.

— Теперь ты видишь, что я люблю тебя и без акций, — улыбается.

Улыбаюсь в ответ и глажу его по щеке.

— Прости меня, Насть, — неожиданно говорит он.

— За многое. Я был неправ. Много раз. Прости. Ты же все равно любишь меня?

Смотрю ему в глаза и опять провожу рукой по щеке.

— Конечно, люблю, Рустам. Люблю такого, какой ты есть. Мне не нужен другой Рустам.

Он берет мою руку и целует ее.

— Маленькая моя умная девочка, — шепчет, припадая к губам. — Ты лучшее, что было в моей жизни. Я никогда не отпущу тебя от себя. Никому не отдам. Ты только моя.