Поворачиваюсь к нему с каким-то разочарованием, но вижу, как он скидывает с себя джинсы. Черт, кажется, сейчас я испытала самое что ни на есть облегчение. Купидонов никуда не денется. Не скрываю улыбку, но, когда Илья принимается стягивать с себя трусы, тут я как самая настоящая дура прикрываю глаза. Не позорься, Стрельникова, и рассмотри все, как надо. Открыла глаза и сглотнула, да так, что, кажется, услышала вся деревня. Ну большой, наверное, измерять точно не буду. С математикой у меня всегда было плохо, даже не хочу думать о его сантиметрах. Вообще-то лучше бы поменьше, но что есть, то есть.

Господи, о чем я думаю. Сморозить какую-нибудь глупость Илья мне не дал. Очень ловко взял меня на руки и понес на импровизированное ложе. Опустил мое разгоряченное тело, словно пушинку и, не дав мне ничего сказать, тут же принялся целовать мои губы.

— Какая же ты красивая, — со стоном выдыхает он, целуя мою шею и постепенно спускаясь к груди.

Никогда не думала, что буду кайфовать от того, как он перекатывает пальцами мои соски. Черт, а теперь посасывает, тем самым вызывая дикое томление внизу живота

То, что Илья не желторотый школьник, для меня однозначно хорошо.

Раздумывая над этим, я не заметила, когда он успел стянуть с меня трусики, учитывая то, что секунду назад он ласкал мою грудь.

Погрязнуть в мыслях, что же будет дальше, Купидонов мне не дал, он просто начал касаться меня там…

— Расслабься, не бойся, хорошо? — черт, он меня спрашивает? Хочется крикнуть, что мне и так хорошо, но вместо этого я просто киваю и полностью откидываюсь на спину.

Он продолжает трогать меня там, раскрывает, виртуозничает. Лаская клитор большим пальцем, медленно проникает в меня другим, вырывая какой-то судорожный вздох.

Немного необычно, но в тоже время приятно. Его пальцы ласкают со знанием дела, словно он самый настоящий мастер. Это какая-то пытка, хочется кричать, но вместо этого я прикусываю нижнюю губу.

— Не сдерживайся, тебя никто не услышит кроме меня, — шепчет мне на ухо Илья, продолжая ласкать меня пальцами.

Немного выгибаюсь и с каждым ласкающим движением его пальцев начинаю самым настоящим образом постанывать. Кажется, меня трясет, и я уже ничего не понимаю. Еще несколько движений пальцами, и я разлетаюсь от удовольствия на мелкие осколки.

Прийти в себя я толком не успеваю, краем затуманенного сознания замечаю, как Илья подхватил меня под попу и притянул к себе. Сама обхватываю его торс ногами, притягиваю его за шею к себе, и едва прикасаясь к моим губам, Илья начинает медленно в меня проникать.

— Потерпи, малыш, — хрипло шепчет Илья. Господи, да после произнесенного «малыша» я уж точно потерплю.

Правда сказать легко, сложнее сделать. От былого возбуждения не осталось и следа, а когда Илья полностью вошел в меня, и подавно.