— Вы не можете сделать это, Грим, вы были признаны непригодным для соединения, — в голосе мужчины проскальзывали сочувствующие нотки.

— Это не ваше решение, капитан. Это ее решение, — холодные глаза прищурились. — Рэй поддержит мое требование, если это ее выбор.

Все взоры обратились к ней.

— Марк умер, — с трудом произнесла Лиза. — Почти год назад.

— Его запах соединения по-прежнему сохранился бы, — обвинил Грим.

— Он заболел, в то время как я носила нашего второго ребенка, почти четыре года назад.

Грим нахмурился, когда ее глаза стали грустными.

— Ты ожидаешь, что мы поверим, что ты осталась с ним? — в неверии спросил Верон.

— Конечно, я осталась! — возмущение прогнало печаль в ее глазах, в то время как Лиза смотрела на Верона. — Он был моим мужем! Мы дали клятвы! — она видела шок на лицах воинов.

— Клятвы? — переспросил Верон. Воины не давали обеты женщинам.

— Да, обещания, — девушка оглядела комнату, не в состоянии понять их замешательство. — Любить, уважать и беречь друг друга, в радости или горе, в болезни и здравии, пока смерть не разлучит нас, — снова наступила ошеломленная тишина.

— Ты ожидаешь, что я поверю, что ты сохранила этот… обет. В течение почти четырех лет, не получая никакого облегчения? — в глазах Грима она увидела неверие и шок.

— Это не ваше дело! — сердито ответила Лиза.

— Мое, если ты хочешь мою защиту для своего потомства, — Грим понимал, что заинтригован, когда бледная кожа самки стала розовой.

— Прекрасно! Прошло уже четыре года, с тех пор как мой муж был способен облегчить мое состояние, как ты выразился, — сказала она сквозь сжатые зубы. — Это было тем, что заставило его понять, что что-то с ним не в порядке, но к тому времени было уже слишком поздно.

— Тем не менее, ты осталась, — Грим хотел услышать, как она скажет это сама.

— Конечно, я осталась, я любила его. Он бы сделал то же самое для меня, — это простое заявление было сказано с абсолютной убежденностью. Казалось, что каждый торнианец в комнате потерял дар речи.

Грим смотрел на маленькую самку, неуверенный, доверять ли ей. Император Рэй сообщил ему, что они отличались от торнианских самок, но, конечно, ни одна женщина не останется с непригодным мужчиной так долго. Она будет искать защиту у другого, оставив свое потомство с мужчиной.

— Я — не торнианская самка, — ее тихо произнесенные слова прервали его мысли. — Не суди меня за то, что бы сделали они. Ты не знаешь меня.

Грим передвинулся так, что бы встать перед ней, скрестив руки на массивной груди и пытаясь оценить ее слова.

— Ты соединишься только со мной.

— Что это значит? — прошептала Лиза, девушка вынуждена была вытянуть шею и запрокинуть голову, чтобы поддерживать зрительный контакт.