— Банки лучше не открывать, — предупреждает Ныр, — Внутренности довольно свежие, но запах вас не порадует. И да, это собачьи…

— Спасибо, что предупредил. Лезть в банки с кишками и так не собираюсь… мы и так теперь знаем, кому отдавал ловец собачьи органы. Вот только чучельник тоже мертв…

— Кротовский, гляди-ка, — Ева взяла с подоконника сильно потрепанную школьную тетрадку.

— Любопытно, что там?

Ева развернула тетрадь.

— Здесь записи… кому, почем и какие изделия продавал чучельник… это что-то вроде книги учета.

— Отлично. Посмотри, указано там, кому он собирался продать чучело волка?

— Щас… момент… — Ева перелистывает страницы, — Ага… вот последняя запись: волк… сто пятьдесят фунтов… Чарли Спайдер…

— Значит, все-таки Чарли. Я не удивлен.

— Я тоже не особо удивилась. Только вот, что нам делать с этими сведениями?

— Будем звонить в полицию. Пусть приезжают. Я дам показания…

Мне пришлось ждать, когда прибудет следователь. Потом все рассказывать и показывать. Увы, мои показания следователя не впечатлили.

— К сожалению, граф, — я пока не вижу прямой связи между тремя убийствами, — Отпустить вашего слугу я не могу.

— А Чарли Спайдер?

— А что Чарли Спайдер? — возражает следователь, — Он просто указан в качестве покупателя… я, конечно, опрошу его… как свидетеля…

— То есть Спайдер для вас даже не подозреваемый?

— Извините, граф. Подозревать лично я могу кого угодно… в том числе и вас, уж извините за прямоту. А запись в тетради не тянет даже на косвенную улику. Спайдер будет проходить только как свидетель.

— Но способ убийства во всех трех случаях одинаковый. У всех жертв свернута шея.

— А это, граф, тоже еще ничего не значит. Два последующие убийства могли быть умышленно совершены тем же способом, чтобы выгородить вашего слугу.

По итогу мне не удалось следователя ни в чем убедить. А версия про мага-иллюзиониста была и вовсе воспринята со скепсисом. Аргументы про собачьи внутренности он даже не дослушал. Вернулись в ратушу поздним вечером с мыслью, что день просто прошел впустую. Даже причастность Чарли Спайдера лично для меня мало что меняет. Я его и так подозревал в первую очередь.

В полночь перенесся в Киртасу в грузовик.

— Ну как прошли сутки в родных пенатах? — Травка решила выйти на откровенность, однако делиться впечатлениями о родном мире никто желания не изъявил, — Понятно. Каждый сам по себе…

— Травка, — отозвался Гусь, — Вовсе мы не сами по себе. Мы в одной команде. Просто не вижу смысла тащить сюда личные проблемы из своего мира. У нас и здесь проблем хватает.

— Поддерживаю Гуся, — сказал Ниндзя, не разлепляя глаз.

— Как скажете, — вздохнула Травка и выпрыгнула из кабины. Мы вылезли следом.