Она фальшиво кляла Готье с его идеей поехать в этот псевдоэкологический тур, хотя в глубине души была рада и даже наслаждалась. Они были теперь настоящие артисты, ибо какая разница между дилетантами и профессионалами? Только в оплате. Первые платят за все сами, вторым платится гонорар. И этот тур, по-хорошему, был первым, когда группе «Сайонара» действительно что-то заплатили.

Нельзя не признать, что этот контракт, который Готье достал из кармана клетчатой рубашки, как кролика из шляпы, был хорош. И он получил его легко, без каких-то усилий, после какой-то вечеринки в каком-то клубе.

Готье рассказывал, что даже не помнит точно, в каком, к нему подошли администратор клуба и какой-то человек в джинсах и пиджаке, надетом поверх черной водолазки. И все — через пять минут группа «Сайонара» договорилась о поездке в тур. Так просто! В то время как Ингрид месяцами билась, чтобы добиться хоть каких-то денег, хоть каких-то условий — концертов не для разогрева основного состава, корпоративов за деньги, которых хватит не только на ужин.

— Почему ему все дается так легко? — спрашивала Ингрид у Сони.

За время тура они с ней общались много, все больше и больше.

Ингрид даже думала, что они с Соней — друзья. С тех пор как их отношения с Готье так улучшились, она успокоилась, и ее паранойя по любому поводу перестала принимать такие тотальные формы. Соню даже стали считать совершенно безопасной. И потом, что ни говори, а слушателем Соня была просто идеальным, чего так не хватало Ингрид.

Соня пожимала плечами, думая о том, что в этом, наверное, карма Готье. Ему все само идет в руки, даже она, собственно. Но он не в состоянии этого ни оценить, ни удержать.

— И я не понимаю, почему они тогда не подошли ко мне? Ведь я менеджер группы.

— Да, — согласилась Соня.

Она, кстати, действительно весьма высоко оценивала то, что делала Ингрид, и в каком-то смысле она даже считала, что Готье просто не стоит Ингрид. Вернее, даже не так. Готье стоит всего, чего угодно, но Ингрид — такая женщина, которую нужно одевать в дорогие одежды и катать на кабриолетах, она будет громко смеяться и страстно любить, она может быть верной и нарожать детей. Словом, она может сделать мужчину очень-очень счастливым, и тем хуже, что она выбрала такого, которому это не нужно, который на такое счастье попросту неспособен.

— Это все мужской шовинизм. Как искать бубны — это мы к женщине бежим, а как разговаривать о реальных делах — мы ищем мужчину. Я просто в ярости! — жаловалась Ингрид Соне.

А еще они пили чай или кофе (Ингрид в основном кофе, что не шло на пользу ее цвету лица), разбирали и готовили к выступлениям костюмы, инструменты, не давали Лешему спаивать Стаса… Вопросы, проблемы, бесконечные часы в дороге — жизнь в дороге.