Жалкий блеф! Все пошло не по их плану — и если она в пределах фригольда пустит в ход оружие или боевую Руну против меня — сама подставиться под изгнание. Это сказал еще Марк, это знала она и знал я.

«Я» сделал шаг к девушке, и Свирель не выдержала, отшатнулась назад. А потом попятилась, развернулась — и побежала по коридору, мелко стуча каблучками.

— Мрак! — взвизгнула она на ходу, — Мрак! Ты где?

«Я» вышел вслед за ней, более не обращая внимания на стонущих жертв — и увидел в полутенях еще один человеческий силуэт, шагах в двадцати по коридору. Он возник из пустоты, из ниоткуда — и по массивной фигуре сразу стало ясно понятно, кто это.

Мрак смотрел на меня, его глаза — так похожие на глаза Травинки, зло горели волчьими фонариками. А «я» смотрел на него, и в скрещенных, как два клинка, взглядах, повисло почти физическое напряжение. В этот момент, без всяких подсказок голоса пришло пронзительное осознание: я должен убить Марка. Иначе он убьет меня.

За спиной послышались шаги, женский визг, а потом я узнал знакомый голос Лэндо и тяжелые шаги Толи Грохота, бежавшего по коридору. С ним был Инь, и кто-то еще.

В этот момент, пошатнувшись и зашипев от боли, я понял, что контроль над телом возвращается. Хозяин моего тела неохотно, без особого желания уходил вглубь, вновь впуская назад законного владельца. И надо сказать, возвращение было не слишком приятным — я едва удержался на ногах. Болели не только побои, нанесенные компанией Рэнди, но и мышцы со связками — акробатические пируэты на веревке дались моему бедному телу совсем непросто.

— Живой, кано? — подхватил меня Лэндо, — Кто? Кто тебя бить?

Грохот ворвался внутрь очистителя и замер на пороге.

— Копать-хоронить, Звездный Флот сам всех уработал, — присвистнул он, — Ни хрена тут куликовская битва!

— У него кровь не останавливается! Надо в медком, — сказал Инь, осторожно ощупывая меня, — Сигурд, ты как?

— Да тут всем нужен медком, на! — рявкнул Грохот, — Только, япона мать, этих пусть сами выносят, они в дерьме все, на!

Мозги работали плохо, меня мутило, вокруг все плыло, кровь заливала глаза — мне тоже досталось изрядно, поэтому нормально соображать что-то я начал уже в медкоме, когда мне обрабатывали раны. Помимо многочисленных синяков и ушибов, была рассечена бровь и губа, а также треснуло одно из правых ребер.

Можно сказать, легко отделался, учитывая, как меня дубасили. А вот противникамповезло гораздо меньше — у Мика была сломана рука, у Рэнди — нос, челюсть и несколько лицевых костей, Песчанке диагностировали серьезное сотрясение мозга. Мой визави действовал абсолютно безжалостно. Удивительно, что никого не убил — у меня сложилось впечатление, что он мог запросто сломать шею Песчанки или размозжить череп Рэнди.