Пролетая мимо на раскачивающейся веревке, мое тело кончиками пальцев ловко подцепило клинок, затем крепко, до хруста зажало рукоять зубами — и, вскинув руки, коротким движением разрезало путы на запястьях.

Крутанувшись, как волчок, «я» мельницей снова расшвырял вставших Песчанку и брата Рэнди. Короткие, хлесткие, точные удары. То, что мое тело болталось вниз головой, ничуть не мешало отбиваться. Затем, до хруста выгнувшись в пояснице, «я» хлестнул ножом по натянутой струне канате — и через секунду уже стоял на ногах. Неизвестно, каким боевым искусством владел мой безымянный напарник, но оно было намного эффективнее того, что мог бы продемонстрировать я сам даже с высоким уровнем «Боя-без-Оружия».

Противники казались просто нелепыми двуногими куклами по сравнению с ним. А мы ведь дрались не с новичками, а с опытными рейдерами, уже понюхавшими крови и хорошо усвоившими приемы грязной драки.

Вставший на ноги Рэнди, получив жестокий пинок в пах, со стоном согнулся пополам и тут же опять врезался в стену от нового удара. Его брат подхватил с пола оброненную дубинку, но воспользоваться ей не успел, моя рука странным образом переплелась с его, перехватывая, а затем «я» коротко развернулся, выгибая конечность Мика дугой.

В следующий миг рука парня сломалась с сухим треском. Локоть выгнулся под странным углом, Мик завопил от боли, получил еще один молниеносный удар, покатился по полу и замер, постанывая, среди керамических осколков очистителя.

Дубинка переломилась об голову Песчанки. Абориген рухнул без чувств, «я» переступил через его тело, схватил за волосы блюющего Рэнди и поволок к чудом не перевернутому в кутерьму ведру с дерьмом камнееда.

Но был еще и четвертый противник. На звуки драки — правда, она длилась самое большее пару минут, наконец-то открылась дверь, и на пороге появилась Свирель.

— Эй, вы чего тут… — она застыла, потрясенно глядя на разгромленный очиститель и валяющихся по углам, стонущих друзей. Перевела взгляд на меня в центре — все еще держащего в зубах нож, а одной рукой за волосы безвольного, окровавленного Рэнди. Короткое движение — и его голова с плеском погрузилась в серую, дурно пахнущую массу в открытом ведре. Тот, кто был мной, подержал ее там, пока парень не засучил ногами, вытащил и еще раз с хрустом приложил Рэнди рожей об пол.

Затем пинком опрокинул емкость, покрывая пол очистителя и тела жертв кляксами дерьма камнеедов. Я, хоть сейчас и был сторонним наблюдателем, ощутил злое, холодное удовлетворение — справедливость восторжествовала, они получили, что заслужили.

— Не подходи! — взвизгнула Свирель. Она вызвала Скрижаль и выбрала какую-то Руну, — Я Восходящая!

Но в ее глазах плескался откровенный страх, а движения были дергаными, судорожными.