Понимала — глупо. Кажется, никто ни с кем не собирается ссорится, и все же… Да и мама, наблюдавшая за ними и без зазрения совести споившая зятя, выглядела довольной.

— Идем.

Тимур взял Леру за руку и потянул за собой.

Та, улыбнувшись родным и друзьям, что разом уставились на них, пожала плечами. Мол, муж требует внимания.

Кухня находилась через большой холл.

Пока они преодолевали его — молчали.

Лера снова разволновалась и уже мечтала, чтобы вечер закончился. Почему она воспринимает все происходящее слишком остро? Не пора успокоиться. Даже Геныч и тот шикнул на нее.

Может, она придумывает проблему там, где ее и быть не может? Раздувает мыльный пузырь на пустом месте?

Она не знала, зачем ее позвал Тимур. Предположила, что захотел что-то сказать наедине. В тактичности ему не откажешь.

Как только они вошли на кухню, Тимур не особо аккуратно дернул Леру на себя. Девушка, не ожидав ничего подобного, подлетела к нему, ощутимо врезавшись в грудную клетку.

— Ай!

Больше добавить она ничего не успела."

"Потому что оказалась сжата в стальном захвате.

Одной рукой Тимур обхватил ее затылок, распластав пальцы и тем самым фиксируя голову, чтобы при желании она не смогла ее отвести назад.

Второй он ощутимо сжал ее за талию, притянув максимально к себе, так, чтобы их тела соприкасались вплотную. Так она могла почувствовать каждую его напрягшуюся мышцу. Чтобы он мог полностью накрыть ее тело.

— Какого хера ты мило улыбаешься этому молокососу? — рыкнул он хрипло, обдав ее горячим дыханием с легким запахом алкоголя. Он наклонил голову, приблизив свое лицо к ее. Так, что она видела, как гневно раздуваются его ноздри, как желваки заходили на скулах, а от уголков глаз побежали более глубокие морщины.

Она ответить ничего не успела. Лишь задохнулась. Не то от неожиданности, не то от того, что кровь по жилам побежала быстрее, и тело бросило в жар.

— Лера! — теперь его голос вибрировал. Тимур говорил приглушенно, не хотел, чтобы их слышали посторонние. — Ты — моя, девочка! Ты это помнишь?

И тут у Леры в голове перемкнуло. Обычно сдержанная и собранная, она сорвалась. Так же шепотом ответила, яростно шипя:

— Как я могу это помнить, если уже забыла, когда в последний раз ты брал меня?

Глава 18

Валерия суетилась до тех пор, пока Геныч не подкатил к ней на инвалидной коляске и не фыркнул:

— Мелкая, а ну, угомонись.

Лера растерянно посмотрела на брата и поставила поднос с закусками на столик.

— Геныч, я…

— Сейчас ты пойдешь и сядешь с нами. Выпьешь. Я — кофе, ты — чай, парни — пиво. И больше не будешь мельтешить перед глазами туда-сюда. Все накрыто. Хватит егозить.

— Но…

— Валерия.

Если брат называл ее полным именем — дело плохо.

Значит, Геныч нервничал не меньше ее. Лера постаралась успокоиться.