Затем я, наконец, смогла хорошенько разглядеть себя в огромном зеркале, что стояло в дальнем конце комнаты рядом с неприметной дверкой, которая вела в небольшую комнатку: отдельную гардеробную.

Княжна Разумовская, в чье тело меня угораздило попасть, была хрупкой и маленькой, словно птичка. Стройная, почти худая, даже без корсета, невысокого роста, с темными, большими глазами и с чуть вьющимися темно-русыми волосами. Острые ключицы подчеркивали плавную линию плеч и длинную, лебединую шею с молочной, белоснежной кожей. Лишь небольшая родинка у яремной вены нарушала идеальную картину.

Соня помогла мне одеться."

"В моде был кринолин и корсеты, одним своим видом напоминавшие пыточное орудие, но, к огромному моему счастью, в утреннем туалете можно было обойтись без них. Поэтому я надела всего лишь панталоны, чулки, сорочку, поверх нее — корсаж, затем расшитую кружевом нижнюю юбку и, наконец, капот перламутрового, жемчужного цвета — домашнее платье свободного кроя, с длинными рукавами и застежками спереди, похожее на привычный мне халат. Атласная лента украшала плечи и грудь, нарядный бант крепился на груди.

К тому моменту я взаправду без сил рухнула на низкий пуф перед своим туалетным столиком, позволив Соне заняться моей прической. А заняться там было чем: волосы, что не были скрыты повязкой, запутались за время моего беспамятства и превратились в совершенно неизящные колтуны.

Непривычная одежда давила и душила, я чувствовала себя капустой из детской загадки: сто одежек и все без застежек…

Чтобы отвлечься, я поймала взгляд Сони в зеркале.

— Барышня, больно? — она тут же всполошилась и испугалась. — Простите Бога ради, не хотела дергать… — гребень в сторону она откинула словно змею.

Я лишь вздохнула, наблюдая за ней. По виду она была моложе меня не больше, чем на пару лет: выглядела еще как девочка-подросток. Слегка неловкая, вся какая-то угловатая, нескладная.

Так и не получив того, чего она от меня ожидала — очевидно, удара — Соня испуганно поморгала темно-зелеными глазами и вновь взяла гребень дрожащей рукой, принялась разбирать давно нечёсаные пряди.

Я тряхнула головой, позволив вьющимся волосам разметаться по плечам и спине, наклонилась над столиком, подперла щеку ладонью и вновь поймала взгляд Сони в зеркале.

— Расскажи про жениха. Никак вспомнить не могу.

Глава 3. Если и удивилась Соня, то вида не подала.

— А чего про него рассказывать? — спросила, аккуратно разделяя пряди на несколько неравных частей.

— Давно мы помолвлены?

Жених. Я покатала это слово на языке. Же-них. В том мире я была увлечена работой и учебой, и так не вышла замуж.

А здесь княжна Варвара оказалась уже просватана.

Я оказалась просватана.

Соня сконфуженно на меня посмотрела, и я заскрипела зубами.