Светловолосые парни из Америки, рыжие мальчишки из Шотландии и любые другие люди, не похожие на усталых темноволосых французов, сразу же выделялись в толпе. Они не владели французским языком. Было придумано множество ухищрений. Они делали вид, что спят, болеют, что они глухие или немые. Все разговоры вели их проводники.

Вторая проблема возникала уже в Париже. В Париже было полно немцев. Повсюду проверяли документы. Иностранцы сразу же бросались в глаза. Частные машины исчезли. Такси было очень трудно найти. Не хватало бензина. Мужчины, идущие по улицам в сопровождении других мужчин, сразу же привлекали к себе внимание.

И тогда проводниками стали женщины. Ламонье придумал очередную увертку – он стал использовать юных девушек. Такая девушка встречала летчиков на Северном вокзале и провожала их до Лионского. Она смеялась и резвилась, держала их за руки, выдавая беглецов за своих старших братьев или кузенов. Она вела себя естественно и обезоруживающе. Она провожала беглецов через посты, словно они превращались в призраков. Ей было тринадцать лет.

У всех были кодовые имена. У нее – Беатрис. У него – Пьер.

Я посмотрел на коробочку, оклеенную синей бумагой.

Открыл ее. Внутри лежала медаль «За участие в движении Сопротивления». Красивая красно-бело-синяя ленточка. Сама медаль была золотой. Я перевернул ее и увидел выгравированное имя: «Josе́phine Moutier». Моя мать.

– Она никогда тебе не рассказывала? – спросила Саммер.

– Ни слова. Никогда.

Потом я посмотрел на коробку. Но при чем здесь гаррота?

– Позвони Джо. Скажи ему, что мы сейчас придем. И попроси его задержать Ламонье.

Мы вошли в квартиру моей матери через пятнадцать минут. Ламонье был там.

Возможно, он и не собирался уходить. Я протянул коробку Джо и предложил ознакомиться с ее содержимым. Он разобрался быстрее, чем я, поскольку начал с медали. Имя на обороте дало ему подсказку. Он пролистал книгу и поднял глаза на Ламонье, когда узнал его на фотографии. Потом быстро прочитал текст. Взглянул на остальные фотографии. Затем на меня.

– Она тебе что-нибудь об этом говорила? – спросил он.

– Никогда, – ответил Джо.

Я посмотрел на Ламонье.

– Зачем нужна была гаррота?

– Расскажите нам, – попросил я.

– Ее раскрыли, – сказал он. – Мальчик из ее школы.

Ее сверстник. Неприятный мальчик, сын коллаборационистов. Он издевался над ней и мучил ее, обещая донести.

– И что же он сделал?

– Сначала ничего. Все это ужасно нервировало вашу маму. Потом он потребовал, чтобы в обмен на его молчание она совершила кое-что недостойное. Естественно, ваша мать отказалась. Тогда он пригрозил, что донесет. Она сделала вид, что согласилась на его требования. Они договорились встретиться под мостом Инвалидов поздно ночью. Ей пришлось незаметно выскользнуть из дома.